Чистые туалеты, унитазы с антибактерицидной пленкой на стульчаках, краны с керамическими смесителями – никаких тебе бойковых клапанов.

Почти сразу, как получил на руки дело, Денис отправился к начальнику того злополучного состава «Тиходонск—Москва». В первую очередь его интересовало состояние механизмов сцепления на вагоне, который в день происшествия стоял восемнадцатым в составе. Нашли вагон в депо – стоял на дезинфекции. Состояние автосцепки оказалось обычное. Нормальное то есть. Никаких следов оплавления, вообще никакой деформации. Вызвали главного инженера, тот поднял бумаги по техобслуживанию: вагон проходил плановое техобслуживание в июле прошлого года, в ноябре заменен роликовый подшипник в одной из букс. Всё. Повреждений больше не было, ремонтные работы не производились.

– А почему тогда грузчику показалось, что там что-то было оплавлено? – спросил Денис.

– Иногда сцепное устройство заклинивает от мороза, его отливают кипятком, чтобы открыть. Потом висят такие ледяные «сопли», – пожал плечами главный инженер. – Может, это его навело на такую мысль?

– Знаю я, что его навело, – проворчал начальник состава. – Неумеренные возлияния на рабочем месте – вот что!..

– А в тот день по ходу следования состава никаких ЧП не было? Толчков не ощущали? Вагоны не качало?

Начсостава недоверчиво взглянул на Дениса из-под густых бровей, буркнул:

– Какие еще вам нужны ЧП? Этого мало?

Когда главный инженер ушел, он пожаловался Денису на давление со стороны начальства, которое хочет взыскать с него некую сумму за причиненный государству ущерб. Потом отвел на запасные пути, где стоял двойник пропавшего вагона, гулко постучал по борту.

– Точно такой же, один в один. Та же серия. Только обивка немного другая, там желтенькая была.

Денис обошел несколько купе. Симпатично, в общем. Немного похоже на «депутатский» номер в провинциальной гостинице. Но билеты здесь стоят в два раза дороже, чем в купейном вагоне. И ездят здесь не бомжи, не узбеки без прописки. Однако двадцать человек пассажиров тоже куда-то пропали вместе с вагоном – и никто из родственников за все эти полгода не заявил в розыск."

"Резонный вопрос: а был ли мальчик? Может, ошибка? Приписки некоего железнодорожного чиновника, отмывание левого капитала?

«…Гражданин (не знаю как его зовут) стоял одиннадцатого января сего года около вагона № 19 и распивал крепкие спиртные напитки (водка „Хлебная-Экстра“ 0,25 л с завинчивающейся пробкой). Нецензурно выражался. Я подошел. Спросил, зачем он так ведет. Он сказал, что уезжает в Москву и ему всё (нецензурно). Я попросил прекратить. Он выругал меня и хотел подняться в вагон. Я поднялся с ним. Он ударил меня ногой в лицо, из-за чего я упал вниз и получил травму.