А он обычный работящий парень, как из советского производственного кино. И он ничего не требовал, не хамил и не кричал, просто объяснял: «Да вы сами гляньте, нет Людочки, и вагона ее нет!» И показывал пальцем в сторону перрона, у которого стоял забрызганный синий состав с красной полосой.

В конечном счете к нему прониклись, дали стакан воды и попробовали успокоить. Кому-то пришло в голову подсчитать вагоны. Подсчитали, точно – восемнадцать. Потом позвонили в Тиходонск, спросили: почему? Там посмеялись и ответили: да ну вас к лешему, мужики, еще далеко до первого апреля…

Вызвали начальника состава и проводников. Никто ничего не знал. Прошлым вечером Людочка выпивала с коллегами в шестом вагоне, в одиннадцать тридцать она ушла к себе вместе с Женей. Кто такой Женя? Да проводник, кто ж еще; его вагон был соседним с Людочкиным «СВ». Людочка – в девятнадцатом, самом последнем, Женя – в восемнадцатом, купейном.

У жениха Димы сразу захлюпало под мышками. Он подался вперед: где этот ваш Женя?

И в самом деле – где он?

Жени не было. И вообще с самого утра никто его, как выяснилось, не видел. Правда, восемнадцатый вагон был на месте.

Бригадир проводников сказал:

– Может, он в Малаховке вышел?.. Там у него мать живет.

Начальник угрозыска посмотрел на него как на идиота. И сказал:

– Пусть ваш Женя хоть к чертовой бабушке в Хайфу съезжает. Мне нужны пассажиры, ровно двадцать человек, включая трех детей. Где они? Или мне двадцать розыскных дел заводить? Тогда мне первому дадут под зад коленом!

Поморщившись от такой перспективы, начальник розыска сурово надулся и перевел строгий взгляд на подчиненных – восьмерых замороченных оперов.

– А я вам всем задницы надеру! Ищите, бездельники, ищите!"

"Стали искать, но, как часто в подобных случаях бывает, пропавшие нашлись сами. На вторые сутки обнаружился Женя – голый, под мостом через речку Чир, что в северной части Тиходонского края. У Жени был разорван рот, далее сквозь череп до самого затылка был пробит широкий сквозной тоннель. Людочку нашли на день позже, в середине января. Обнаженное тело проводницы лежало у насыпи, в глубоком сугробе, среди всякого мусора. Пожилой бомж из Кротово, первым обнаруживший находку, был сильно напуган, но все же заглянул в сторожку обходчика и сообщил о страшной находке.

Экспертиза показала: оба погибли в ночь на двенадцатое, приблизительно в одно время. Смерть проводницы наступила от перелома шейных позвонков, перед этим ее пытались задушить, но как-то неудачно. Проводнику выстрелили в рот из крупнокалиберного охотничьего ружья, возможно обреза.

А вагон № 19 вместе со всеми двадцатью пассажирами, включая трех детей, так и не нашли. Они будто испарились.