А я – Федор Николаевич Ганчук, простой рабочий парень. Чувствуешь разницу?

Принесли второй штоф. Не успели его располовинить, как к Ганчуку подбежал какой-то шустрик в штатском костюме, что-то шепнул ему на ухо. Ганчук немного переменился в лице, извинился, вышел из-за столика и мигом куда-то пропал.

И тут же позвонил Волкодав:

– Стреляй меня, Козырь. На куски режь… Москвари наш «Рай» разбомбили…

– Как разбомбили?!

– Так. Будто из пушек. Людей положили немерено, машин пожгли! Одни головешки остались!

– Что?! Да как они… Как ты…

Сорвав галстук и расстегнув ворот рубахи, Козырь шел по заполненному залу, который сейчас напоминал разворошенный муравейник.

Вокруг у начальников разного уровня тревожно звонили телефоны, они получали какие-то сообщения, поспешно собирались и уходили.

– ЧП… ЧП… – поспешно объясняли они женам и даже забывали подойти к имениннику попрощаться.

Но Козырю было не до них. Пошатываясь, он вывалился на балкон. Дул пронзительный ветер, но он не обращал на это никакого внимания.

– Быстро готовь «ответку»! – прохрипел именинник. – По всем линиям! Ты понял?! Завалить всех, сжечь всю Москву!

И заорал уже в полный голос:

– Пусть отвечают по полной, суки!!!

* * *– Следы от удавки на шее, обширные кровоподтеки, переломы пальцев рук и точечные ожоги на теле, – перечислял судмедэксперт Палсёмыч, растирая колено, ушибленное во время спуска в подвал.

 – Я, конечно, могу и ошибаться, но… Честно говоря, впервые наблюдаю такое странное действие взрыва фугаса на человеческий организм. Как полагаете?

В подвале было душно. Сверху пробивался запах гари, а кровь и смерть вопили прямо из-под ног.

– Может, это все быть последствием взрыва, товарищи сыщики?

Палсёмыч скользнул взглядом по майору Мамонтову, затем уставился на Петровского и перестал моргать.

Это у него привычка такая.

– Очень смешно! – скривился Денис Петровский, и фраза прозвучала чуть резче, чем он хотел. – Там, Палсёмыч, наверху вторая и третья группа работают. Спасатели еще троих откопали, и шесть трупов у пристани Дерзон осматривает. Вы бы поднялись, Палсёмыч, чтобы ускорить процесс…

– А-а. Да, конечно, иду, – спохватился судмедэксперт и, прихрамывая, пошел к загроможденной обломками лестнице.

– И вы поднимайтесь с ними, – сказал Петровский понятым. – Потом протокол подпишете.

Когда они остались вдвоем, Мамонт обернулся к Денису:

– Ну, что скажешь? Есть тут «линия Т»?

Они не виделись года два, а то и больше. Мамонт за это время не то чтобы располнел, а как-то посолиднел, что ли. Начальник отдела по борьбе с терроризмом! Да и сам Денис уже не тот худенький неопытный мальчик – он теперь старший следователь следственного комитета по городу Тиходонску, не сегодня завтра, глядишь, и «важняком» назначат.