Эта одновременная стимуляция раз за разом заставляла меня кончать.

— Гидеон! — выдохнула я, почувствовав, что у меня уже нет сил держаться за поручень.

Гидеон отпустил меня, и я услышала эротический звук расстегивавшейся на ширинке молнии.

— Отпусти руки, ложись на спину и раздвинь ноги.

Я легла на сиденье, с дрожью предвкушения предоставляя свое тело в его распоряжение. Наши взгляды встретились как раз в тот миг, когда его лицо выхватил из сумрака случайный свет фар.

— Не бойся. — Он навалился на меня, и я ощутила мучительное блаженство.

— Я слишком возбуждена, чтобы бояться. — Ухватившись за него, я всем телом подалась навстречу его затвердевшей плоти. — Я хочу тебя.

Головка его члена слегка ткнулась в мои половые губы. Движением бедер он ввел член в меня, и в момент этого жаркого контакта мы оба хрипло выдохнули. Я обмякла на сиденье, цепляясь ослабевшими пальцами за его талию.

— Я люблю тебя, — прошептала я, глядя, как он начинает двигаться. Каждый дюйм моей кожи горел, словно под жарким солнцем, а грудь так распирало от желания и эмоций, что трудно было дышать. — И ты нужен мне, Гидеон.

— Я твой, — прошептал он, в то время как его член, словно поршень, ходил туда и обратно. — Невозможно быть твоим в большей степени.

Я дрожала и напрягалась, подавая бедра навстречу его нескончаемым размеренным толчкам. А потом кончила, зайдясь в немом крике, содрогаясь и выдаивая его, пока он, что-то прорычав, не возобновил свои толчки с еще большей яростью. Я подмахивала бедрами, побуждая его к продолжению, и он, стиснув меня, засаживал мне мощно и быстро. Голова моя тряслась, я бесстыдно стонала. То, что он всецело обладал мною, приводило меня в восторг, даря ни с чем не сравнимое наслаждение.

Обезумев друг от друга, мы трахались, словно дикие звери, и эта первобытная страсть возбудила меня настолько, что, казалось, зарождавшийся безумный оргазм способен меня убить.

— Как ты хорош, Гидеон! Как хорош…

Схватив за ягодицы, он рванул меня наверх, навстречу последнему толчку, засадив в самую глубь, так что из моего горла вырвался крик болезненного наслаждения. Я кончила снова.

Издавая нечленораздельные звуки, он испустил мощную струю, наполнив меня своим жаром. Придавив мои бедра, Гидеон вкручивался в меня, проникая настолько глубоко, насколько это было возможно.

Когда все закончилось, он резко вздохнул и поцеловал в мокрую шею.

— Я хочу, чтобы ты знал, что для меня делаешь. Хочу найти для этого нужные слова. — Я сжала его в объятиях. — Ничего не могу поделать с тем, что дурею рядом с тобой. Это просто уж слишком много, Гидеон. Это…

— …невозможно контролировать. — И он снова возобновил движения. Ритмично. Размеренно. Словно в нашем распоряжении была целая вечность.