Мы раздели друг друга, прежде чем отправиться под душ, потом вымыли друг друга, трогая и поглаживая все изгибы и выпуклости наших тел, а затем оделись к обеду. Он облачился в строгий вечерний костюм, но галстука не повязал, а его накрахмаленная белая рубашка была расстегнута у ворота, открывая взгляду полоску кожи. Платье для коктейлей, подобранное им для меня, было от Веры Вонг, из золотистого шелка, без бретелек, с открытой спиной и многоуровневой юбкой на несколько дюймов выше колен.

При виде этого платья я улыбнулась, понимая, как он заводился, представляя себе, что весь вечер будет видеть меня в нем. Платье было великолепным, восхищало меня, только вот рассчитан этот фасон был на высоких, стройных моделей, а не низеньких девушек с пышными формами вроде меня. В жалкой попытке придать своему облику скромности я зачесала распущенные волосы так, чтобы они падали на грудь, но, судя по выражению лица Гидеона, это не больно-то помогло.

— Боже мой, Ева. — Он поерзал в брюках. — Знаешь, у меня изменилось мнение насчет этого платья. Тебе не следует появляться в нем на людях.

— Поздно уже мнение менять.

— Но я полагал, что ткани будет куда больше.

— Ну что я могу на это сказать: его покупал ты, — с ухмылкой пожала плечами я.

— Я пересмотрел свою точку зрения. А сколько времени потребуется, чтобы его снять?

— Ну не знаю, — ответила я, облизав нижнюю губу. — Почему бы тебе не проверить?

Его глаза потемнели.

— В таком случае мы отсюда не выберемся.

— Я бы не стала сокрушаться.

Гидеон выглядел обалденно круто, и я хотела его — как и всегда — черт знает как сильно.

— Может, найдется что-нибудь накинуть сверху? Парку, например, или плащ?

Со смехом я достала из комода свою сумочку и взяла его под руку.

— Не переживай. Ты притянешь к себе решительно все взгляды, так что на меня никто и внимания не обратит. — Я потащила его к выходу, при этом он смотрел на меня с хмурым недоверием.

— Нет, серьезно. У тебя что, сиськи больше стали? Почему они из этого платья вываливаются?

— Гидеон, мне двадцать четыре года, — сказала я. — Мое тело сформировалось давным-давно. Ты видишь то, что имеешь.

— Ага, да только предполагалось, что кое-что смогу видеть только я один, потому как только мне это позволено.

Мы перешли в гостиную, и пока направлялись к холлу, я с удовольствием созерцала сдержанную красоту дома Гидеона. Меня восхищало его гостеприимное тепло. Выдержанное в старинном духе убранство удивительно удачно сочетало в себе элегантность и комфорт. А ошеломляющие виды, открывавшиеся из окон, дополняли интерьер, не отвлекая от него.