— Я бы проводил тебя, — холодно сказал он мне, — но это был долгий день, и я вижу, что Евгений любезно готов взять эту обязанность на себя, так что я передам тебя ему.

— Ты не останешься со мной? — спросила я. Это было весьма неожиданно.

— У меня есть кое-какая работа, и я не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь, что я предпочитаю ночевать у себя дома, когда бываю в городе.

У него была отдельная квартира. Как я могла этого не знать?

Откуда мне это знать? Агате нравилось держать меня в неведении. Но зачем, черт возьми, иметь несколько квартир в одном городе?

У богатых людей, по всей видимости, были странные представления о браке.

Он относился ко мне скорее как к своей любовнице, чем к жене.

— Ну, спасибо за ужин, — сухо поблагодарила я его.

— Спокойной ночи, Кира.

Он даже не удостоил меня взглядом.

Я на дрожащих ногах поднялась в свою квартиру. Я была благодарна Евгению за то, что в этот раз он не сказал мне ни слова. Даже ни разу не назвал меня барыней...

Я приняла душ и сразу же легла спать. Это было поучительное первое свидание. Мой муж терпеть меня не мог, и мне нужно было научиться лучше сосать его член.

Что могло быть хуже?

И почему я все еще была возбуждена? Было трудно уснуть из-за непрекращающейся пульсации внизу живота, которая никак не утихала, но в конце концов я задремала.

На следующий день я поняла, что жить одной в своей квартире не так уж и здорово — наверное, потому, что я больше не была одинока. Как это обычно бывает, большое видится на расстоянии. Что удивительно, это случилось не по вине моего мужа, как вы могли подумать.

Во всем оказалась виновата девушка по имени Алла.

Я была в гримерке и переодевалась после показа. Я отлично отработала и уже собиралась уходить, но меня задержала громкая ссора между двумя другими моделями.

Я стояла в другом конце комнаты, поэтому не слышала всего, что было сказано, но конечным результатом стало то, что одна из них убежала с торжествующей улыбкой на лице, а другая разрыдалась.

В этой сцене не было ничего необычного, и я, возможно, не стала бы лезть не в свое дело, если бы не одна мелочь: плачущая девушка была совсем юной. Слишком юной.

Ей можно было с натяжкой дать лет шестнадцать.

Не было ничего удивительного в том, что такие молодые модели принимали участие в показе.

Это был показ чрезвычайно модного авангардного дизайнера, и он любил свежие лица, которые не успели приесться публике.

Да я сама была в ее возрасте, когда переехала в Москву, чтобы работать моделью.

Я была не в лучшем настроении. Накануне вечером я почувствовала острую головную боль и неприятные ощущения в животе. Больше всего на свете я хотела пойти домой и побыть одной, но ее рыдания не позволили реализовать задуманное.

Вздохнув, я пересекла комнату.

— Ты в порядке? — спросила я ее.