Мы могли бы, по крайней мере, воплотить в жизнь то единственное, что нас связывало, — потенциал, который был очевиден даже для неопытной, практически все еще девственной меня.

Или, по крайней мере, мы могли бы поработать над тем, чтобы сделать это хоть немного лучше, чем в нашу первую брачную ночь.

Я была полна решимости, что на этот раз, когда мы окажемся наедине, у меня останутся более приятные воспоминания, чем боль, тошнота и целая ночь у туалета.

Когда я вернулась к столу, он хмуро смотрел в свой телефон.

— Что-то не так? — спросила я, скользнув обратно на диван рядом с ним.

Он мгновенно убрал телефон, выражение его лица разгладилось, снова став нейтральным.

— Все нормально. Ты готова идти?

Я кивнула, снова поднимаясь.

Он не прикоснулся ко мне, пока мы шли через переполненный зал. Даже когда мы совершили короткое путешествие от входной двери до заднего сиденья лимузина, контакта не было совершенно никакого.

Мне это показалось странным. Если все это было напоказ, то почему он держался настолько отстраненно в таком людном месте?

Я изучала его, когда машина тронулась с места, и поняла, что, судя по его поведению и выражению лица, он был чем-то сильно расстроен.

Я хотела еще раз спросить его, не случилось ли чего-нибудь, но заставила себя заткнуться. Он очень ясно дал понять, что ему безразличны подобные вопросы с моей стороны.

Я взглянула вперед. Перегородка была поднята. Я даже не знала, кто был за рулем. Это был его водитель? Был ли у него постоянный водитель? Я почти ничего не знала о его повседневной жизни.

— Давай все-таки выясним, чему же ты научилась, — нарушил он молчание.

Эти слова были настолько неожиданными, что я сначала не отреагировала. Я только уставилась на него. Он жестом подозвал меня ближе, пока мы не оказались совсем рядом.

Он резко расстегнул ширинку и приспустил брюки, обнажая толстую, с обильными прожилками длину своего члена. Не говоря больше ни слова, он обхватил ладонями мой затылок и опустил его вниз.

Я была шокирована, но быстро все поняла. Я взяла его в рот. Я потерлась губами о его толстый кончик. На ощупь он был как бархат. Я медленно опустилась глубже. Он оказался крупнее и тверже, чем я ожидала.

Неудивительно, что в наш первый раз мне было так больно.

Я обхватила его обеими руками, лаская от корня до кончика. Мне нравилось чувствовать его, теплого, нетерпеливого и всепоглощающего.

Он застонал. От этого звука мне захотелось замурлыкать.

Я захватила его еще глубже, медленно скользя губами по его шелковистой длине, лаская его языком, опускаясь все ниже. Это опьяняло — его вкус, ощущение того, как он прижимается к небу у меня во рту. Мне это понравилось.