Джеймс подсек ноги незадачливого недоумка, и тот рухнул на асфальт.

Хендерсон нагнулся к нему и спросил:

– Где у нас портсигар? А, вижу. Сам штаны, придурок, снимешь или помочь?

– Извините, – прохрипел парень. – Не надо.

– Ну… портсигар. Лучше возьмите его себе. Он дорогой!

– Я, щенок, грабежом не промышляю. На будущее же запомни вот что. Если я еще хоть один раз увижу тебя в этом клубе, то обязательно выполню обещанное. Ты понял меня?

К Хендерсону подошла миссис Фостер. Она слегка шаталась, но уже успокоилась и неожиданно ударила парня каблуком своей туфли в промежность.

– Поиметь меня захотел, ублюдок? Теперь ты не то что на бабу не залезешь, а ссать кровью неделю будешь. – Она обняла Хендерсона. – А ты молодец, Джеймс. Настоящий мужчина. Случайно в спецназе не служил?

– Было дело, дорогая, а что?

– Мой муж тоже в каком-то спецподразделении служит.

– Ну, полковник только командует.

– Докомандовался! Он третий год из Ирака не вылезает. Если и выбирается в отпуск, то на жену никакого внимания. Его, видите ли, больше покер интересует. Ну и хрен с ним, пусть получает оргазм от фишек. Идем, дорогой, я уже промокла.

– Намек понял. Бежим! Дома я согрею тебя так, что пар пойдет.

– Ой ли?! Учти, еще ни одному мужику не удавалось полностью удовлетворить меня.

– Значит, я буду первым!

– Какие мы самоуверенные! Оттрахать женщину так, чтобы, достигая оргазма, она теряла сознание, это не избить трех тупоголовых ублюдков.

– Если ты заметила, я слов на ветер не бросаю!

– Посмотрим! Но вечер в любом случае вполне удался.

Хендерсон и Анжелика сели в «Шевроле», и бывший офицер спецназа США повел автомобиль к Эдмору, пригороду Филадельфии.

Отъехав от клуба, Хендерсон достал сотовый телефон, и миссис Фостер недовольно спросила:

– И кому это ты хочешь звонить?

– Не поверишь, дорогая, маме!

– Кому? – удивилась Анжелика, не помнившая своих родителей, воспитывавшаяся теткой, а больше улицей и к четырнадцати годам уже вовсю обслуживающая мужчин своего квартала. – Мамочке? А ты, оказывается, послушный сыночек. Ну, тогда не забудь спросить у нее разрешения трахнуть меня.

Хендерсон обжег бывшую проститутку острым, безжалостным взглядом прищуренных черных глаз. Она стала законной супругой полковника армии США, но это не делало ее приличной женщиной.

– Не надо говорить о моей матери в таком тоне. И вообще, на будущее запомни, крошка, что злить меня не стоит.

– А что я такого сказала? В твоем возрасте…

Хендерсон оборвал миссис Фостер:

– У моей матери неизлечимая болезнь, и я каждый день звоню сиделке, узнать, жива ли она и нужно ли что из лекарств. Утром же я обязательно навещаю ее.

– Прости, милый! Я не знала.

Хендерсон улыбнулся.

– Проехали и забыли. – Он вызвал по телефону генерала Коулмана.