Какого хрена, спрашивается?!

Что он со мной сделал ещё, пока я пребывала в отключке…

Первые же выводы вышли неутешительными. Открытые воды в принципе не предполагают никогда никакой стабильности.

И кольца Марсело Ньето нет…

Последнее, к слову, встревожило похлеще всего остального.

Белый, пусть и не чистокровно, волк не будет в восторге от такой моей потери, когда я вернусь.

Вот только сперва разберусь с одним в край охамевшим оборотнем, который вообще непонятно с какой стати такую дичь творит, и обязательно вернусь!

И без него проблем по горло. А времени на то, чтобы с ними справиться, оставалось всё меньше и меньше.

Закреплю союз с Ньето и отправлюсь искать отца…

Вовсе мне не до прихотей Короля Рио!

Ну, точно извращенец же!

В последнем я лишь утвердилась. И не раз. Вместе с последующим:

В голосе – арктический лёд. Аж мурашки по коже пронеслись. А все мои мысленно выстроенные планы предательски канули куда-то в небытие, отойдя на второй план. Моя звериная составляющая и вовсе зарылась ещё глубже, не желая провоцировать сильнейшего на грани срыва. Но то она. Я её никогда не брала в расчёт, иначе бы не являлась Аделией Вега – дочерью своего отца, одного из сильнейших баронов Карибского побережья. Поборола желание обхватить себя обеими руками. Наоборот. Расправила плечи. Заставила себя вспомнить действительно насущное и не поддаваться чужой тяжелой ауре.

– А я спала? – выгнула бровь, демонстративно не замечая дурной настрой оборотня.

В конце концов, он у меня тоже не из лучших!

– Ты же меня вырубил, – добавила сухо.

– Пять часов назад, – ухмыльнулся мужчина.

– Нехило, – подтвердила уже вслух, но не столь эмоционально, как про себя, хотя у самой прям зубы свело, с такой силой стиснула их. – Что с остальными? – перешла с более насущному.

Надо же чем-то себя отвлечь!

И пусть мой вопрос ничего не изменит по факту. Что случилось, то случилось. Остаётся лишь разгребать. Надеюсь, без особо тяжелых последствий. Для меня.

Оливейра точно поплатится!

– Кто именно тебя интересует? – поинтересовался в свою очередь оборотень всё также деланно безразлично, но вот глаза недобро прищурились.

И снова посетило непонятное колючее чувство, от которого волчья сущность сжалась в комок, ведомая элементарным инстинктом.

– Тео. Все, кто со мной был.

– А, ты про семейку свою ненаглядную, – заметно расслабился Оливейра. – Нормально они. Остались, где были, целые и невредимые. И даже в сознании, – опять усмехнулся непонятно чему.

И это не то чтоб прям сильно взбесило.

– Невредимые? – тоже усмехнулась встречно, пряча за этой эмоцией нахлынувшее раздражение. – Насколько невредимые? Как Матео Ньето?

Иначе почему я тут, с ним?!

Не могли они меня так просто ему отдать…

– Нет, не как Матео Ньето.