За окном появилось взволнованная физиономия Дениски.

– Помоги мне, – сказал Рост, вылезая из машины. – Он ранен.

– Фтоять, – прокартавил Дениска, наставив пистолет на Роста. – Где бабки?

– Все здесь, – сказал Рост. У него начала кружиться голова. – Мой напарник ранен, – повторил он. – Ему нужен врач.

– Х… ф ним, – пропустив мимо ушей фразу Роста, сказал Дениска. Увидел на полу «Газели» мешки, глаза его округлились, и он непроизвольно опустил руку с пистолетом. Рост с отвращением смотрел на него. Деньги вытеснили у этой обезьяны все мысли, он даже не поинтересовался, где Масик с Адилом!

– Х… с ним? – задумчиво переспросил Рост и вытащил из кармана руку с пистолетом, ствол которого все еще был теплый.

Эх, как он не хочет пугать эту миловидную девушку с коляской и мирно посапывающего в ней карапуза!

Выстрел настиг Дениску, когда он, позабыв о всякой осторожности, полез в салон за деньгами.

Рост был прав – сразу после выстрела раздался плач ребенка, женщина вскочила с лавки и, закрывая собой коляску, быстро-быстро направилась к подъезду. Рост наклонился над Владимиром. Его губы уже стали лиловыми, глаза закатились.

В какой-то момент веки приподнялись, он вздохнул… и умер.

Чтобы перекидать мешки в «восьмерку» и завести машину, Росту потребовалась минута. Хорошо, что этот остолоп оставил ключи в замке зажигания. Куда больше времени ушло на снятие ветровки и брюк с Дениски. Как ни было противно, но ему пришлось это сделать – в дурацкой ярко-оранжевой униформе его вычислят в два счета. Все это время во дворе стояла тишина, но Рост был уверен, что у домов есть глаза и они наверняка сейчас внимательно разглядывают его из окон и с балконов.

Послышался лай собаки, и из арки показался мальчуган лет восьми с лохматой псиной на поводке. Рост выжал сцепление и, едва дыша, тронулся с места. Мальчик проводил его внимательным взглядом. Собака гавкнула и завиляла хвостом.

Теперь его жизнь в руках божьих.

– Что это? – спросил Юра. Он осторожно взял Алису за подбородок и приподнял голову девушки. Она молчала, но по ее прекрасному лицу побежали слезы. На щеке Алисы виднелась свежая ссадина, словно по коже провели грубым наждаком.

– Что это, Алиса? – повторил Юра, на этот раз голос прозвучал жестче.

Девушка не выдержала и разрыдалась.

Юноша прижал ее к себе и гладил по волосам, вдыхая одуряющий запах ее великолепных волос. От них, как всегда, исходил аромат лесных цветов и детского шампуня. Утро началось так хорошо, он пошел в институт, уладил проблемы со своими пропусками, снова стал посещать тренировки… А тут такая новость.

Пока она, давясь слезами, рассказывала, Юра подумал о том, что, увидев разбитую щеку, сразу понял, чьих рук это дело. Дима, этот гребаный шланг, торчок.