Слава богу, без лепестков обошлось, вот это было бы совсем… пошло, что ли. Я собралась с духом и перевела взгляд на кровать.

На меня смотрели две пары одинаковых глаз, с одинаковым выражением нежности и восхищения, и от этого вдоль позвоночника прокатилась дрожь сотней маленьких щекочущих лапок. С ходу так и не вспомнила, когда последний раз ловила на себе такой взгляд, и чуть не смутилась от неожиданности. Но вовремя взяла себя в руки и вернулась к рассматриванию двух мужчин, похожих друг на друга, как… хм, близнецы, ну да. Вот теперь вижу, когда в полумраке маленьких различий не разглядеть.

Они сидели рядом, и даже полотенца одного цвета – тёмно-синего. И хотя уже видела и одного, и другого, почти без одежды, всё равно смотрела сейчас так, будто в первый раз. Неудержимо тянуло прикоснуться, провести пальцами по рельефным мышцам, ощутить гладкость и тепло кожи… Я, как зачарованная, сделала шаг, потом ещё один – в какой-то момент показалось, тишина тихонечко звенит, как будто кто-то дёргает невидимую струну. Хорошо, что в этот раз без музыки обошлось, мне больше нравилось слушать шелест дождя сейчас – и как они угадали-то?

Молча подошла к краю кровати, чутко прислушиваясь к себе: удивительно, но теперь, когда наконец наступил день, точнее, вечер, которого мы все трое ждали всю неделю с нетерпением, последнее исчезло.

Торопиться никуда не хотелось, да никто, похоже, и не собирался вот прямо тут же набрасываться на меня с рычанием голодного зверя. Улыбнулась собственным мыслям и забралась с ногами, придвинувшись… кажется, к Паше? Они ничего не говорили, а в полумраке кроме как по голосу, различить их не могла. Он тихонько погладил меня по руке, от плеча до кисти.

- Красавица, - выдохнул он, и я поняла, что угадала – это Пашка.

- Ладно уж, - не, не привыкла я слышать такие откровенные заявления о себе и по-моему никогда не привыкну.

- Не смущайся, это правда, - голос Андрюхи был слишком серьёзным, чтобы свести всё к шутке в очередной раз. – Тебе никогда не говорили, что ли, Кит?

От искренней недоверчивости в его тоне на секунду кольнула грусть. Говорили, но верить тем, кто говорил, не хотелось. Потому что для них красавица – каждая вторая женщина, которую тупо захотелось.

- Это было давно и неправда, - я решительно отмахнулась от нежелательных воспоминаний.

- Непорядок, - Пашка с тихим смехом потянул меня к себе, и я послушно перебралась через его ноги, в серединку. – Будем исправлять, - голос стал ниже, в нём появились те самые особые нотки, от которых по телу моментально разливалась сладкая истома, а пульс учащался.

С готовностью обняла его за шею, потянувшись к губам, и почувствовала, как с другой стороны на талию скользнула ладонь Андрея, и он прижался, начав медленно вы-целовать на плече и шее причудливые узоры.