Драконы-мужчины, если судить по культистам, были сильнее, но они все равно потеряли в мощи.

…«некрофильские отношения с дохлыми культистами»…

Пойманная мысль Клариссы заставила меня отвлечься и спросить:

— ПОЧЕМУ ТЫ ИХ ТАК НЕ ЛЮБИШЬ?

Драконица недовольно фыркнула, но потом смягчилась и стала рассказывать. Вспомнила, видимо, что мы с ней ситуативные, но все же союзники. Я слушал: болтовня хоть немного отвлекала от тупой механической работы.

У этой Клариссы оказался длинный перечень претензий к культистам. Там фигурировали целых два ритуальных изнасилования, да еще и гибель возлюбленного. Последнее было связано с культом весьма отдаленно.

Я заглянул ей в сознание, пытаясь разобраться во всей этой мешанине, и увидел сцену: дракон режет горло мечом и падает, обливаясь кровью. Еще один дракон пытается остановить кровь, спасти, и посылает Клариссу принести амулет. Драконица сбегает по лестнице, тянет руки к амулету, но тут ее сознание гаснет — и просыпается она уже на столе у культиста.

Ха. Пожалуй, претензии справедливы: не думаю, что главарь культистов решил оказать любезность и отдать спасительный артефакт… ну надо же!

Я отключился от чужого сознания и обратился к собственной памяти.

Забавно, но оба дракона оказались моими знакомцами. Я даже припомнил имя одного: принц Аргейн. Второй был его верным псом.

Я сел на диване и вгляделся в бледное, четко очерченное лицо Клариссы:

— ЧЕРНЫЙ ДРАКОН. ГЕНЕРАЛ ДРАКОНОВ. ОН ПОСТОЯННО У ТЕБЯ В ГОЛОВЕ. Я ЕГО ВСПОМНИЛ. МЫ ВСТРЕЧАЛИСЬ.

Драконица взглянула на меня с удивлением. Я махнул рукой, подзывая, и она пересела ко мне на диван:

— Его зовут лорд Магарыч. Из-за культистов он…

Кларисса рассказывала про этого дракона очень подробно. Видимо, ей хотелось выговориться. Я не мешал: рассказ звучал увлекательно и вносил приятное разнообразие в наше прозябание в пентаграмме.

Мои собственные впечатления о черном драконе, конечно же, отличались от того, что рассказывала Кларисса. Во времена войны он был другим: молодым и дерзким. Ну ладно, не очень молодым, лет двести ему все-таки уже было, но дерзким и нахальным, как и сам принц Аргейн.

Я стал выделять этого «Магарыча» среди десятка других генералов драконьего короля после того, как с его легкой руки драконы разгадали наше тайное преимущество: чтение мыслей.

Как сейчас помню: моя элитная гвардия накрыла генеральную ставку, кровь льется рекой, драконы теряют одного офицера за другим, а в мыслях у погибающего противника — ужас и боль.

Кроме этого психа. Пока все драконы предаются отчаянью, он думает о том, влезет ли в мою задницу шпиль от его родового замка!

Спустя пару дней я, конечно, выяснил, что этот генерал ни при чем: он лишь подтвердил то, что раскопала драконья разведка.