И пока я раздумывала над тем, чтобы схватить потяжелее, что Делмарка пристукнуть, тот приблизился и, облокотившись на стойку, продолжил размышлять вслух:

— Подумай сама, сейчас ты не леди из высшего общества, где принято осуждать подобные вещи. Ты смогла изменить имя и переписать свою биографию, но застарелые привычки и взгляды на жизнь не так легко переписать. Правда, Агата? — усмехнулся Габриэль, — У простых горожан все иначе. Они не пекутся о репутации благочестивой леди, не переживают по поводу сплетен и не бояться быть изгнанными из высшего света.

— Но, смею тебе напомнить, что большую часть моих клиенток и составляют леди из высшего общества, — уязвлено заявила я в ответ.

Мне было неприятно осознавать тот факт, что Габриэль Делмарка оказался прав. А в том, что он прав, не было никаких сомнений. Я и впрямь мерила все вокруг старыми стандартами, даже не пытаясь взглянуть на мир иначе.

— И вот тут мы как раз переходим к разговору о том, какую выгоду может принести тебе слух о нашем с тобой романе, — слишком воодушевленным тоном заявил господин мэр.

— Выгоду? — усмехнулась я, — Наверное, ты хотел сказать убыток? Потому что половина этих леди точно перестанут заходить в лавку.

— Спорим, что не перестанут? — тут же уверенно предложил Габриэль, — Шептаться о тебе по углам? Да. Осуждать? Завидовать? Однозначно. Но любопытство будет их подталкивать к тому, чтобы наведываться к тебе в лавку как можно чаще. Могу даже с уверенностью заявить, что клиентов у тебя порядком прибавится после сегодняшнего.

— Это лишь твое предположение. Ничем не обоснованное предположение, — покачала я головой, — Все может получиться и наоборот.

— Может, — не стал отпираться Делмарк, — Но я знаю человеческую натуру, и мы легко можем на этом сыграть. Как думаешь, чья лавка будет пользоваться большей популярностью? Лавка, чья владелица ничем не примечательная, абсолютно незаметная, скучная особа? Или лавка, которой заправляет скандальная госпожа, любовница мэра, яркая, дерзкая и с железной хваткой?

— Я понимаю, куда ты клонишь, — вздохнула я, — Но моя незаметность и серый, блеклый образ был выбран не просто так.

— Не любишь привлекать внимание? — удивился Делмарк, — С каких это пор? Помнится, десять лет назад ты была яркой штучкой.

— На то были свои причины, — уклончиво ответила я.

Думать об этом сейчас не хотелось, как и вспоминать.

— В общем, подумай, Агата. Моя идея пойдет тебе и твоему делу только на пользу, — произнес Габриэль и тут же спохватился, — Кстати, а договор ты когда собираешься подписывать?

— Я его в изначальной редакции подписывать не собираюсь. Ты же свою часть сделки так и не выполнил.

— Долго же мы будем с тобой договариваться, — вздохнул господин мэр.