Нащупав выключатель в прихожей, Ария на цыпочках прошла в темную пустую кухню. Обычно по субботам мама не спала часов до двух ночи, разгадывая судоку или болтая с Байроном за чашкой кофе без кофеина. Но вчера стол оказался безупречно чистым: судя по всему, его тщательно протерли губкой.

Ария поднялась в родительскую спальню, подумав, что Элла легла спать пораньше, но дверь в комнату была распахнута настежь. Кровать осталась застеленной, на ней никто не лежал. В родительской ванной тоже никого не было. Выглянув в окно, Ария заметила, что семейная «Хонда Цивик» не стояла на привычном месте во дворе дома.

Девушка уселась на лестнице и стала ждать возвращения Эллы и Байрона. Близилась полночь, и Ария с тревогой поглядывала на часы каждые тридцать секунд. Ее родители, пожалуй, единственные на всей планете не обзавелись сотовыми телефонами, поэтому она не могла им позвонить. Значит, и Тоби не мог, если только не нашел другого способа связаться с ними.

А потом она проснулась в своей постели. Должно быть, кто-то отнес ее, но Ария спала как убитая и даже ничего не заметила.

Она прислушалась к звукам, доносившимся снизу.

Хлопали ящики и дверцы шкафов. Деревянный пол стонал под чьими-то шагами. Шелестели страницы газет. Были ли это мама с папой или только один из них? Ария на цыпочках спустилась по лестнице, прокручивая в голове миллион возможных сценариев, и вдруг увидела крошечные красные капли на полу в прихожей. Их след тянулся от кухни до входной двери.

Неужели это была кровь?

Ария бросилась на кухню. Тоби все рассказал ее матери, и Элла в ярости убила Байрона. Или Мередит. Или Тоби. Или всех. Или это Майк их убил.

Или… Или Байрон убил Эллу. Она застыла как вкопанная на пороге кухни.

Элла в одиночестве сидела за столом. В блузке винного цвета, туфлях на шпильке, с ярким макияжем, она словно собралась на выход. Перед ней лежала газета «Нью-Йорк таймс», раскрытая на странице с кроссвордом, но вместо букв в пустых квадратиках значились жирные черные каракули. Элла смотрела прямо перед собой, изредка поглядывая в окно, и тыкала вилкой в основание ладони.

Теперь она заметила, что мамина блузка была помята, а косметика растеклась по лицу грязными полосами.

Создавалось такое впечатление, что Элла спала в одежде или вовсе не спала.

– Мама? – снова произнесла Ария голосом, исполненным страха.

Наконец Элла медленно подняла взгляд. Тяжелый, водянистый. Она воткнула вилку глубже в ладонь. Ария хотела протянуть руку и отобрать у нее прибор, но побоялась. Никогда еще она не видела маму такой.

Ария проглотила ком, стоявший в горле.

– Что за… красные пятна в прихожей?

– Красные пятна? – безучастно переспросила Элла. – Хм… Может, краска.