Во-первых, к этому времени заканчивается сезон ядовитых дождей; во-вторых, столичным жителям хватает и во-первых, и любую погоду, во время которой с неба не падает ядовитая едкая дрянь и на улицу можно выходить без средств магической защиты, они склонны считать прекрасной.

Домовладельцы в это время спешат осмотреть свою собственность, проверяя, как оная пережила регулярное стихийное бедствие. Устраняют неполадки, проводят профилактику, вроде подновления защитных покрытий, и утепляют дома к зиме.

Ремонтники-строители в это время года — самые востребованные рабочие в столице: владельцы недвижимости хотят успеть вписаться в погодное окно между осенним ненастьем и зимними холодами.

Эльза в этом отношении ничем не отличалась от самых обычных, не магических особняков, и так же как и они нуждалась в ежегодном уходе.

Разумеется, сэр Кристофер заранее позаботился о том, чтобы нанять команду ремонтников с исключительно высокой квалификацией и надежными рекомендациями.

Разумеется, и речи не шло о том, чтобы оставить их без контроля.

Я один разочек посмотрела, как драгоценное начальство ходит по крыше на высоте трех этажей, бдительно надзирая за нанятыми работниками, и поняла, что второго разочка не переживу. Просто не переживу!

И это был, пожалуй, первый раз за время моей службы у сэра Кристофера, когда я не смогла добиться от него того, чего хотела.

Переговоры зашли в тупик (“Мисс Ривс, это совершенно безопасно. Нет, мисс Ривс, я доверяю профессионализму этих людей, но должен убедиться, что они все сделают правильно. Мисс Ривс, я полностью уверен в надежности своих защитных артефактов).

Манипуляции тоже ничего не дали (на мое “Раз это совершенно безопасно, то вы не будете возражать, если полезу на крышу с вами!” сэр Кристофер бескомпромиссно ответил “Я возражаю!”, потом несколько секунд сидел с таким лицом, будто мысленно перечитывал мой контракт и радостно объявил “Я вас уволю!”. Против столь тяжелой артиллерии возражений у меня не нашлось).

Применить же аргумент, который в обращении с Кристофером был наиболее эффективен, и честно сказать, что я за него боюсь, я не могла. Потому что, с одной стороны, доводы, основанные на эмоциях, в отличие от доводов, построенных на логике, на сэра Кристофера действуют плохо. А с другой стороны — кто я, собственно, такая, чтобы иметь право бояться за сэра Кристофера?

Таким образом, сэр Кристофер и Эльза переживали от присутствия посторонних людей; мистер Ящерица переживал от переживаний этих двоих; а я, которая, по задумке моего работодателя, должна была всех успокаивать, переживала, что драгоценное начальство свалится с крыши, и никого успокаивать не могла.