И уже не я, а мне клялись на крови, что нет у них другого полностью свободного купе!

Эльза, чувствуя нервозность окружающих, пришла в ажитацию, и то и дело роняла мелкие и не очень мелкие предметы.

Мистер Ящерица оставался в доме один на четыре дня нашего отсутствия — и, по-моему, уже дождаться не мог, когда мы все уедем, а я извелась, пытаясь придумать, как обеспечить ему ежедневную кормежку и увлажнение… Пока, глядя на Пенни, не вспомнила, что у меня есть Пенни!

И вскоре заинструткированная насмерть горничная ждала нашего отъезда не менее истово, чем мистер Ящерица.

Ладно, не нашего отъезда, а лично моего.

Возможно, мне действительно не стоило заставлять ее учить все любимые укромные места мистера Ящерицы и сдавать по ним экзамен…

Но были и светлые моменты, в которые я остро чувствовала, как хорошо, все же, работать на эксцентричного гения: если сэр Фаулер сказал, что я имею право не выходить из дома — значит, это незыблемая основа нашего с ним сотрудничества. И если мне, в качестве его секретаря, нужен новый гардероб — это ничего не меняет. Портные прибудут к сэру Кристоферу домой, обмерят его экономичного секретаря, дважды явятся для промежуточных примерок — и к нужному сроку сошьют три перемены нарядов, приличных для сопровождения персоны уровня сэра Кристофера!

Словом, когда поезд тронулся — у меня уже не было сил волноваться и переживать.

На отъезжающий перрон я смотрела, скорее, с облегчением: осталось всего четыре дня — и эта эпопея закончится.

Очнулась я от голоса сэра Кристофера:

— Мисс Ривс, будьте добры, подайте мне мой саквояж.

Я послушно подала начальству объемную и увесистую кожаную сумку, и почти уже впала обратно в созерцательное дорожное состояние, когда увидела, что именно сэр Кристофер из нее достал!

Монография профессора Филибера Монпазье о свойствах поликристаллических накопителей в артефакторике!

О, да, мне, безусловно, следовало проявить присущую экономке сдержанность и подобающую секретарю невозмутимость и промолчать, но…

— Сэр Кристофер! Вы же сказали мисс Лоуренс, что не владеете диразийским! — Вырвалось у меня помимо воли.

— Разве? Не припоминаю, чтобы я подобное говорил.

Раньше я гениев на вранье не ловила!

— Я не говорил, что я не владею диразийским. Я опроверг утверждение, что я владею диразийским прекрасно, — без каких либо эмоций пояснил артефактор.

А. Ну… Нет, ну, если так…

Ладно, в этот раз я гения на вранье тоже не поймала.

— Но вы владеете им в достаточной мере, чтобы читать монографию по артефакторике? — Зачем-то уточнила я.

— Совершенно верно. Возможно, мне понадобится воспользоваться словарем. Но мне точно не понадобится помощь мисс Лоуренс.