– Мы не можем принять всех на постоянную работу, но бывает, что к нам приходят люди в поисках какой-нибудь подработки.

– Конечно, случается.

– У вас и прачечная, и клининг?

– А как все происходит с этими разовыми работниками?

– Они заходят, садятся и ждут, и если у нас оказалось свободное задание, они его получают.

– Работа уборщика, или…?

– Да, в прачечной людей хватает.

Пожилая женщина снова что-то сказала, но на этот раз Нгуйен проигнорировал ее.

– Разовые работники?

Нгуйен чуть замялся. Мунк, естественно, понял, почему. Как и в отеле, молодой человек боялся, что Мунк может оказаться из трудовой инспекции или налоговой.

– Как я уже говорил…

– Слушайте, – сказал Мунк, почесав бороду. – Меня не волнует, кто они, ладно? Есть ли у них вид на жительство, платят ли они налоги. Легальностью пусть другие занимаются.

Нгуйен взглянул на него из-под уложенной челки и наконец сдался.

– Да, у нас много мигрантов. В этой стране сложно найти работу. Даже тем, кто тут рожден. Как я уже говорил, мы стараемся помочь, чем можем.

Мунк обезоруживающе поднял руку.

– Еще раз, я полностью вас понимаю. Это не моя работа. Мне только нужно узнать, подходит ли кто-то из них под то описание, что я вам дал.

– Думаю, я знаю, кого вы ищете, – наконец сказал вьетнамец.

– Обычно у нас не бывает – как вы их называете? – этнических норвежцев. Такие приходят редко. В основном афганцы, сомалийцы, поляки. Но да, один такой был.

Женщина снова стала что-то говорить, но Нгуйен раздраженно оборвал ее.

– Что она говорит? – полюбопытствовал Мунк.

– Она говорит, что знает, кто это, и что его здесь больше не ждут.

– Проблемы, ужас, – сказала женщина и помахала скрюченным пальцем.

– Мама, я разберусь, – вздохнул Нгуйен.

– Вы сказали, лет двадцати пяти? Белый?

– Да, приходил к нам такой, но я уже давно его не видел.

– У нас случились разногласия.

– Во-первых, разовым работникам абсолютно нечего делать в моем кабинете.

– И да, вообще, мы просим их зарегистрироваться. Я не намерен принимать на себя удар, если они работают вчерную. Если они работают свыше минимальной границы, то должны показать мне карту налогоплательщика.

– И этот человек не показал?

– Карл, – сказала женщина и покачала головой.

– У вас есть его данные?

– Неполные, – ответил Дин Нгуйен. – Имя, адрес, телефон, но налоговую карту он так и не принес.

– И должен денег, – вставила женщина.

– Мама, я разберусь.

– Надул нас, тысячу раз.

– Он должен вам денег?

– Как я уже сказал, я отказываюсь нести ответственность за то, что кто-то работает вчерную. Для нас это грозит неприятностями. Поэтому обычно мы не платим за работу, если они не могут показать нам, что будут платить налоги.

– Слишком добрый. Дурная голова, – сказала женщина и снова сняла очки.