Он был молод. Намного моложе нее. Сотрудник посольства.

Долорес перекрестилась еще раз, когда собравшиеся встали. Обеденная служба закончилась. Она высматривала отца Мэллея, но нигде его не видела. Сегодня службу вел другой, к ее разочарованию, ведь она пришла поговорить к отцу Мэллею. Она должна исповедаться в своих грехах. Это единственный выход. Пора покончить с этим кошмаром, она просто больше не могла так.

Долорес осторожно подошла к ризнице и кивнула священнику.

– Вы знаете, мы уже давно его не видели, – сказал молодой человек на этом ломаном языке, которого она не понимала. – Наверное, он заболел, мы не можем с ним связаться, увы.

– Pater Malley? – повторила она, но, кажется, он не понял, что она имела в виду.

– Наверняка он скоро объявится, – улыбнулся священник, и она по-прежнему не поняла ни слова.

Поэтому она и должна поговорить с отцом Мэллеем. Он немного говорил по-итальянски. Учился когда-то в Италии. Она – немного по-английски. Вместе этого было бы достаточно. Мэллей объяснил ей, что продлил часы исповеди. Можно и утром, и в обед, да когда угодно.

Она медленно пошла к коричневого цвета исповедальной кабинке в глубине церкви, наверное, этот новый молодой священник имел в виду, чтобы она шла туда и села на скамейку в ожидании. Через двадцать минут ей надоело ждать. Кажется, он не появится. Она подняла сумку с холодного пола и собиралась встать, как вдруг заметила маленькую щелку в коричневой двери.

Так сказал ей священник? «Просто заходи»?

Долорес сделала несколько осторожных шагов к кабинке с орнаментом.

Карри вошел в кафе «Мистраль» на Майорстуа и нашел там сидевшую за столиком в углу Мию.

– Какого черта творится? – прорычал бульдог и тяжело плюхнулся на стул напротив.

– Ты избавился от них? – сказала Миа, одарив его не совсем понятным взглядом.

Голубоглазая индианка казалась удивительно возбужденной. Ей было трудно держать руки в покое, она нервно стучала ногтями по кофейной чашке и постоянно оглядывалась. Если бы он не знал, то подумал бы, что она что-то приняла.

– Думаю, да, – пробурчал Карри. – Что за хрень происходит? У тебя случаем не съехала крыша?

– Ты выключил телефон?

– Хорошо. Они отслеживают нас, вот что. GPS. Они знают, где мы, в каждое мгновение. И мне пришло в голову, что именно через телефон они это и делают. Держат тебя под контролем.

– Меня? Что за чертовщина?

– Сорри, – сказала Миа, быстро накрыв его руку своей. – Мне надо было раньше прийти к тебе. Но теперь я тут, ладно?

Пожилому мужчине у стойки подали пиво. У Карри слюнки потекли, но он сдержался.

– Кто, мать их, эти люди?

– Специальный отдел, это долгая история, – сказала Миа, быстро убрав волосы за ухо.