Сыворотка забурлила, колба начала мелко трястись, чуть не свалившись на пол. Едва успел подхватить. Вверх поднялось бело-розовое облако, и всё успокоилось. Готово.

Теперь осталось придумать, как заставить Сорокина выпить хотя бы каплю этого средства.

Не снимая с носа шарф, я аккуратно перелил жидкость в пробирку, спрятал её в карман и направился в лечебницу, которая принадлежала роду Сорокиных, и где сам глава семьи Сорокин был главным лекарем и директором лечебницы.

Народу было много. Люди сидели в креслах в коридоре, стояли у дверей кабинетов, слонялись на улице, посматривая на часы и ожидая приёма. Я спросил у мимо проходящей медсестры, где найти Сорокина, и та ответила, что он у себя в кабинете на пятом этаже.

Я поднялся на лифте на пятый этаж и подошёл к приемной, где сидела молодая секретарша. Слева от её стола находилась дверь кабинета, на котором было написано: «Директор Сорокин Геннадий Борисович».

— Здравствуйте, — приветливо улыбнулась она. — Что вы хотели?

— Мне бы поговорить с Геннадием Борисовичем, — кивнул я в сторону кабинета.

— Вы записывались на приём? — спросила она и раскрыла какой-то журнал.

— Вообще-то нет, но…"

"— Тогда он не примет, — покачала она головой. — Давайте я запишу вас на следующую неделю, и тогда…

— Нет, не надо.

Я вышел из приёмной и решил дождаться Сорокина в коридоре, хотя даже не представлял, как заставить его выпить сыворотку. Может, плеснуть в лицо? Однако, как потом заставить заговорить его? Он же просто может уйти. К тому же мне могут помешать другие работники лечебницы или даже пациенты.

Тут с тихим шорохом дверь лифта открылась, и молодой человек в белоснежной одежде и с эмблемой местного ресторана, находящегося напротив здания лечебницы, выкатил тележку с едой.

— Дружище, подержи дверь, чтобы лифт не уехал. Я мигом, — попросил он меня.

— Без проблем, — кивнул я и поставил ногу у двери лифта.

Парень докатил тележку до двери приёмной, уведомил секретаря, что обед для Сорокина готов, и быстро вернулся обратно.

— Спасибо, дружище, — кивнул он мне. — А то этот лифт приходится по пять минут ждать, а у меня заказов море.

— Не за что, — улыбнулся я и убрал ногу.

Двери лифта закрылись, и кабинка еле слышно поехала вниз. Вот это удача! Даже не верится. Идеально. Тележка с едой для Сорокина в моём распоряжении. Я двинулся к ней, когда услышал, как секретарь, отодвинув кресло, встала из-за стола и, стуча каблучками, пошла к выходу.

В два прыжка я оказался рядом с тележкой и вылил всю сыворотку в оранжевый напиток в высоком стакане.

Едва я успел отдёрнуть руку от стакана, как показалась секретарь и удивлённо вскинула брови.

— Вы всё ещё здесь? У Геннадия Борисовича сейчас обед, а потом он поедет в городское управление.