Между тем больной пришёл в себя и с удивлением рассматривал розовые ладони.

— Получилось? — еле слышно спросил он.

— Да, хотя это было непросто. Впредь работайте в перчатках, чтобы снова не стать жертвой манароса, и будьте предельно осторожны, — ответил я.

Супруги бросились наперебой благодарить меня. Женщина так расчувствовалась, что снова заплакала и крепко обняла меня, а мужчина выписал чек на пять тысяч, хотя я просил три.

На обратном пути я позвонил Ване. Эликсир для Лены у меня был с собой, и вскоре мы уже ехали в сторону Твери. Я рассказал другу о том, что случилось с артефактором и предупредил, что в анобласти нужно быть очень осторожными.

— Помню один случай. Охотник внезапно умер, а на похоронах все увидели, что у него из уха выглядывает росток, — сказал Ваня. — А ещё мой дед рассказывал, что его дядька себе кончики пальцев отрубил. Говорил, что под ногтями у него что-то поселилось. Все считали его сумасшедшим, но, похоже, он тоже заразился манаросом.

— А он был охотником?

— Да, как и все в моём роду. Правда, несколько человек служили в имперской гвардии, но в основном мы все занимаемся анобластью, это наш долг перед империей.

— Понятно, — кивнул я.

Похоже, случаи с заражениями не редкость, поэтому нужно заняться разработкой зелий для лечения и профилактики этой напасти. В моём мире такой проблемы не было, поэтому следует хорошенько пораскинуть мозгами, чтобы создать качественные составы без побочных эффектов.

Когда мы подъехали к лечебнице, время было почти девять, поэтому дежурная — дама с пышным бюстом, не хотела пускать нас, но я уговорил ее. Представляю, как мучается Лена. Я то знал, что такое ожоги, ведь сам в первые годы своей алхимической практики не раз ошибался: то обливался гремучей смесью, то смесь взрывалась. Иногда это случалось по незнанию. Иногда по неаккуратности, но чаще — целенаправленно. Таким образом я испытывал некоторые свои эликсиры и зелья.

Девушка уже лежала в кровати и ждала лекаря, который в очередной раз должен был снять боль.

— На, выпей, — протянул я ей пробирку с янтарной жидкостью и резким запахом. — Только не говори никому, что я тебе дал. Хорошо?

Она кивнула, осторожно взяла пробирку и, принюхавшись, сморщила нос."

"— Ты уверен, что нужно пить? Может, лучше смазать ожоги?

— Можно и смазать, но эффект будет быстрее и лучше, если выпить, — ответил я.

— Хорошо, я выпью. Только подай мне стакан воды, чтобы запить.

Я налил остывшую воду из чайника в чашку и протянул ей. Лена задержала дыхание, медленно выпила эликсир и запила водой.

— Теперь ложись спать. Утром будешь чувствовать себя намного лучше, — подмигнул я ей и двинулся к двери.

— Саша, стой! — выкрикнула она, села в кровати и подняла рукава рубашки. — Я что-то чувствую. Будто… будто мурашки бегают.