Это означало, что он «включил» лекарское зрение. Мне стало не по себе.

— Странно, — сказал он. — А такое впечатление, что ваш супруг жив и между вами есть связь. Но она…

— Лекарь Кайлеан, — перебила я мужчину, — не стоит давать мне надежду. Я давно не видела своего супруга и не знаю, жив он или нет. Прошу простить меня, господа, я устала. Мне нужно пойти отдохнуть, — и я просто-напросто собралась сбежать.

— А когда вы уезжаете? Вы же из Сартаиса? — вслед мне крикнул целитель Кайлеан.

— Сегодня, — сказала я. — Я хочу вернуться домой до вечера.

И я ушла, не стала продолжать опасный для меня разговор. Похоже, королевский целитель видел гораздо больше, чем остальные. Он наверняка знает генерала Каэнарра. И, может быть, даже знает его ситуацию.

Но сначала я должна переговорить и посоветоваться с тем, кто понимает драконью психологию, чтобы не оказаться в ситуации, когда ребёнка у меня отберут, а меня снова выкинут, как ненужный мусор.

Переход порталом в Сартаис прошёл спокойно, без особых проблем. На портальной станции не было лорда Сафара, и, возможно, поэтому проверка документов, которые я теперь знала, как предъявлять, прошла стандартно. И уже через некоторое время я была дома и, под оханье и аханье Кларины, подкреплялась вкусным капустным пирогом и рассказывала своим старичкам, как прошло тестирование.

Показала полученные сертификаты. Кларина стала такой гордой, как будто это её собственная дочь получила сертификацию лекаря.

Лекарь Сайен задумался, но всё же сказал:

И я написала барону записку с просьбой встретиться, и отправила его через почтовый артефакт, установленный в госпитале. Может быть, поэтому ответ пришёл быстро. В ответе барон Аронар снова приглашал меня к себе в гости. А я решила не откладывать этот разговор надолго и поехала к нему этим же вечером.

В гостях у барона было душевно и вкусно. Помимо меня, на ужине у барона больше никого не было, поэтому поговорили мы прямо за столом. Я не называла никаких имён, просто коротко описала ситуацию, в которой находилась.

По мере того, как я рассказывала, я видела, как барон удивляется. Но удивление его было странным, он как будто злился, словно так проникся моим рассказом, что уже ненавидел того, кто смел называться моим мужем.

— Так что мне делать, господин барон? Как вы считаете? — спросила я.

— Лия, называйте меня Гилар. Мы ведь с вами почти друзья. Я бы хотел всё-таки предложить вам своё покровительство. И если вы опасаетесь, что, открывшись своему мужу, можете столкнуться с несправедливым отношением по отношению к вам или ребёнку, то вам нужен кто-то, кто бы вас защитил.

— У вас же есть опекуны? — спросил он.

— Ну так примите моё предложение, — сказал барон Аронар.