Я посмотрела на генерала, он маленькой ложечкой насыпал соли в масло и сказал:

— Я же вижу, госпожа Лия, вам нужно немножко подкрепиться, пока мы ждём заказанные нами блюда.

Я ни о чём не могла говорить, ни о чём не могла думать, хотя меня, конечно, удивляло такое отношение со стороны генерала. Я как-то себе его совсем другим представляла. И только после того, как я съела два куска тёплого хлеба с хрустящей корочкой, макая его в масло, смешанное с солью, я смогла говорить.

Это было какое-то счастье. Просто, оторвавшись наконец от хлеба, я обратила внимание на то, как генерал смотрит на меня, и поняла, что забрала эту тарелочку с маслом, которую, видимо, нам принесли на двоих, в своё полное единоличное пользование.

— Ой, — сказала я. — Простите.

— Ничего, ничего, — улыбнулся генерал. — Я не настолько голоден. А вам надо лучше питаться.

Я улыбнулась такой заботе и подумала: «Лучше бы он о жене своей так заботился».

Вслух же довольно холодно спросила:

— С чего такая забота, дер-генерал? Ведь мы с вами едва знакомы.

И дер-генерал вдруг смутился.

— Разве я не могу позаботиться о женщине? — ответил мне вопросом на вопрос этот дракон.

А то, что он дракон, мне стало понятно, когда после моего вопроса у него на висках стали появляться чёрные чешуйки.

«Весьма интересный эффект,» — подумала я.

Мне даже показалось, что дыхание у генерала стало каким-то более тяжёлым, но и меня тоже продолжали пинать изнутри.

— Генерал, с вами всё в порядке? — спросила я.

— Да, — сглотнув, ответил генерал. — В полном.

Я решила ему поверить, но не удержалась и спросила:

— Конечно, вы можете помочь женщине. А вы всем женщинам помогаете или только каким-то отдельным?

Но генерал Каэнарр снова ответил мне вопросом на вопрос:

— А вы что-то конкретное хотите узнать, госпожа Лия?

Я выразительно посмотрела на его руку, на которой не было брачного браслета.

Но я-то знала, что генерал был женат, и задала вопрос в лоб, в конце концов, мне тоже хотелось это знать точно:

А что, беременные они и не на такое способны. И вот теперь генерал Каэнарр точно растерялся и замолчал. Мне стало неловко. Хорошо, что в этот момент нам принесли еду, и мне стало не до генерала и его ответов, потому что аромат блюда полностью погрузил мои рецепторы в нирвану.

Это была нежнейшая телятина, видимо, томлёная с какой-то крупой, очень похожей и на рис, и на перловку одновременно, но более нежная. Помимо телятины, там были овощи и какие-то совершенно обалденные специи.

В общем, генералу Каэнарру повезло, потому что, пока я ела, я даже не думала о том, что он мне ответит. Но когда я потянулась за бокалом, в котором была вода, он вдруг произнёс:

— Я был женат, — и посмотрел на меня. — Дважды, — уточнил он, — но это сложный вопрос.

— Вы можете мне не отвечать, — сказала я.