Первый делом Потапов оценил строгую армейскую причёску друга своей дочери. Постригся, наконец-то…

Отдельно в кругу стояли четыре генерала: генерал-лейтенант Потапов, генерал-майор Евдокимов и два московских генерал-майора.

Первым протянул ладонь Потапов:

— Здорово, Кантемиров. Мы тут стоим, мишени твои обсуждаем, а ты куда-то уходишь от нас вдаль. Не гостеприимно получается, товарищ прапорщик. Не по-товарищески. Вот что о нас подумают московские гости?

Московские генералы удивлённо переглянулись. Чтобы вот так запросто здороваться с прапорщиком, пусть и с начальником стрельбища, да и ещё интересоваться его мнением? Вставил бы этому прапору проп…дон для профилактики, да и отправил быстро выполнять очередной приказ.

Начальник штаба армии, в отличие от москвичей, был хорошо осведомлён о неформальных отношениях Потапова с Кантемировым, протянул ладонь и радостно спросил:

— Прапорщик, ты наблюдал за нашей стрельбой?

— Товарищ генерал-майор, мне уже оператор доложил по селектору на Центральную вышку о вашей отличной стрельбе. С ходу два попадания в голову мишени. Редкий случай, поздравляю, — Кантемиров с улыбкой пожал ручку генеральскую и добавил, глядя честно в глаза старшему офицеру: — Чаще приезжайте к нам на стрельбище. Закрепим успех.

Вообще, начальник стрельбища видел впервые стреляющего начальника штаба армии, да и ещё в полевой форме. Генерал-майор вздохнул, поправил ремень автомата, посмотрел на своих московских коллег и грустно сообщил:

— Да я всегда готов. Да разве с моей службой лишний раз вырвешься на полигон?

Москвичи всё с большим удивлением прислушивались к диалогу двух генералов с прапорщиком и ничего не понимали…

Командующий гвардейской 1 Танковой Армии решил перейти к делу:

— Слушай, Кантемиров, вот ты в мой дом иногда в гости ходишь, моя жена тебя супом кормит. И это хорошо. Но, ты же прапорщик, ни разу не пригласил меня в свою баню? О которой, заметь, я только слышу от своих подчинённых. Тимур, не по-товарищески получается… Нехорошо!

В данный момент генерал-лейтенанта Потапова разбирала буря чувств: адреналин в крови от меткой стрельбы, радость за сданную проверку своих заместителей и волнение от только что прозвучавшего подтверждения самого главного москвича об ожидаемом повышении по службе. Оставался только вызов в столицу за приказом и сдаче дел следующему командующему гвардейской 1 Танковой Армии. Михаилу Петровичу надо было срочно выплеснуть энергию и волнение на кого-либо из подчинённых.

Вот и начальник стрельбища со своей баней очень даже удачно подвернулся под руку.