Он тоже услышал тихие щелчки, доносившиеся из глубин океана, похожие на звуки, которые издаёт открывающаяся автоматически дверь гаража. Только вот никаких гаражей на дне Тихого океана не было и быть не могло. Никакими ультразвуковыми свистами переговаривающихся дельфинов или китов, а также треском корпуса лодки эти щелчки объяснить было нельзя. К тому же к ним изредка примешивался басовитый рокот, будто на дне кратера ворочался экскаватор.

Экран связи с беспилотником потемнел.

– Связь с аппаратом потеряна! – доложил техник-оператор, управляющий вспомогательными системами.

Головы офицеров повернулись к Ашмарину.

– Остался один дрон, – доложил командир БЧ-5.

– Всплываем! – объявил капитан.

Операторы засуетились.

Но всплыть «Камчатка» не успела.

Внезапно из кратера ударил вверх столб ослепительного голубого света, так что все экраны поста управления засияли, как прожектора, заставив подводников отшатнуться и прикрыть ладонями глаза. Толщу вод пронизал вибрирующий рык, будто недалеко произошёл мощный взрыв. По нервам членов экипажа подлодки стегнул нестерпимо холодный кнут. Раздались крики операторов. Многие из них отключились.

Ашмарин хотел дать команду «пли» и потерял сознание. Он уже не увидел, как снизу лодку подхватила невесть откуда взявшаяся сеть, сплетённая из щупальцев, и потащила её в кратер…

Ранним утром двадцать девятого апреля Авачинскую бухту на Камчатке накрыли тучи, и пошёл мелкий холодный дождь.

Однако ни для горожан Вилючинска, ни для служащих базы подводных лодок Тихоокеанского военно-морского флота России погода сюрпризом не стала. Камчатка всегда славилась резкими сменами погоды, а весна на восточном краю России редко бывала тёплой и солнечной.

Командующий ТОФ вице-адмирал Верёвко прибыл в Вилючинск из Владивостока на вертолёте, сопровождаемый командующим силами морской обороны Дальнего Востока контр-адмиралом Витковым и заместителем министра обороны генералом Плешаковым. С аэродрома группу высокопоставленных военных сразу отвезли в штаб базы на берегу бухты. В кабинете командира базы капитана первого ранга Вилькицкого гостей ждали главный секретчик базы, отвечающий за информационную безопасность подразделений, полковник Сонин и начальник военной контрразведки округа генерал Малахов.

Поздоровались, расселись вокруг стола в комнате заседаний, отделённой от кабинета полупрозрачной стеклянной стеной.

– Ждём Кондратюка, – сказал хозяин кабинета, лысоватый, полный, с лицом, изборождённым морщинами.

– Кто это? – спросил Плешаков, почти полная копия вице-адмирала, только глаза у него были не серые, а карие.

– Командир шестнадцатой эскадры ПЛ. «Камчатка» – его корабль.