— Перед тем как стрелять в меня, убийца сначала пытал, а потом задушил проводом от радиолы девушку. Которая совершенно случайно оказалась незаконнорожденной дочерью уже известного вам… персонажа. — Я откинулся на спинку кресла. — Сергея Ивановича Колычева.

Багратион не ответил — но по его молчанию я понял, что и об этом его светлость не знал ничего.

— Заговоры в армии, убийство князя среди бела дня… — нарочито-задумчиво проговорил я. — А теперь еще одно покушение — и вам об этом даже не сообщили. Похоже, дела у Третьего отделения собственной канцелярии ее величества не очень.

Не правда ли, ваша светлость?

— Если бы дела шли хорошо, мне не пришлось бы просить помощи у несовершеннолетнего. За последний месяц я потерял шестерых агентов, Саша… Шестерых! И заменить их попросту некем. — Багратион сердито сверкнул глазами — но тут же взял себя в руки. — А работы становится только больше. И если ты знаешь, как исправить все это за неделю — будь любезен! А я с радостью навсегда уступлю тебе кресло, которое ты так кстати занял.

Мне вдруг стало стыдно. Конечно, Багратион взвалил на меня кое-какие вопросы, не спрашивая, и я в каком-то смысле чувствовал за собой моральное право отыграться — хотя бы таким дурацким способом… но явно перегнул палку.

В конце концов, передо мной не однокашник из училища и даже не родственник.

— Прошу меня извинить. — Я поднялся и вышел из-за стола. — Мне не стоило…

— Извинения приняты, — усмехнулся Багратион. — Но если тебе больше нечего мне сказать — можешь быть свободен. И на всякий случай: если еще раз позволишь себе подобные выходки — я вышвырну тебя вон.

— Поверьте, ваша светлость, у меня было бы и мысли тревожить вас без значительного повода.

Это я забрал с трупа того, кто в меня стрелял… — Я протянул Багратиону добытый в честном бою металлический цилиндрик с кнопкой. — Думаю, такая вещь СТОИТ вашего внимания.

Багратион молча принял «глушилку» из моих рук, обошел стол и уселся на свое законное место. Минуту или полторы повертел цилиндрик в руках, и я то и дело ощущал едва заметные всплески его Дара. Видимо, магического «сканирование» почти ничего не дало — и тогда светлейший князь нажал на кнопку. И еще раз. И еще.

Понял. Без объяснений, без всего — иначе и быть не могло.

И я увидел то, что, пожалуй, не приходилось видеть никому… последние лет пятнадцать-двадцать уж точно.

Петр Александрович Багратион, почти всемогущий глава Третьего отделения собственной канцелярии ее Императорского величества, Одаренный второго магического класса, по праву считавшийся одним из самых опасных людей в столице… нет, пожалуй, все-таки не боялся. Не паниковал. Может быть, даже не так уж сильно удивлялся — но уж точно чувствовал себя растерянным.

Две или три секунды.