Этот неистовый трепет означал «да», «Господи, да» и «еще, еще, только крепче».

– Прошу прощения, – послышался со стороны двери знакомый голос. – Я, кажется, помешал…

– Я не слышал, как вы вернулись.

– Это естественно, ваша светлость.

Естественно, но тревожно. Если он не заметил даже возвращения своего слуги, значит, влияние этой женщины слишком велико.

– Вот уж не думал, что когда-нибудь скажу это, ваша светлость, но так приятно видеть, что вы вспомнили о прежних привычках! Сегодня вечером я не стану вам мешать.

– Нет! – вмешалась мисс Гуднайт. – Пожалуйста, не поймите превратно… Прежние привычки тут ни при чем. Я как раз собиралась ухо…

– Дункан, это мисс Изольда Гуднайт. Мой новый секретарь. Завтра мы найдем ей новое жилье. А сегодня она останется здесь. Ей понадобится чистая удобная комната, вода и все прочее для мытья, а также горячий ужин. – Пожав ее запястье, он отдернул руку. – Все верно?

С самого детства Иззи приучали верить, что «пожалуйста» – волшебное слово.

Оказалось, ее обманывали.

По всей видимости, волшебным следовало считать слово «ужин». А еще – «вода для мытья» и «удобная комната», в них тоже есть немалая прелесть. Произнесенные одно за другим, они действовали как заклинание. Иззи просто не сумела сбросить его чары.

– Надеюсь, на сегодня эта комната вам подойдет, мисс Гуднайт. – Дункан показал ей небольшую, скудно обставленную спальню. – Обстановка небогатая, конечно, но это единственная приличная кровать во всем замке. Моя собственная.

– Как великодушно с вашей стороны было предложить ее мне!

И как странно, что в замке есть только одна приличная кровать.

– А разве у герцога нет спальни?

– Нет. – Дункан вздохнул, давая понять, что и его такое положение не радует. – Он спит в большом зале.

Иззи окинула взглядом слугу, рослого и гибкого мужчину с темными волосами и сединой на висках. В отличие от герцога, он носил опрятный сюртук, накрахмаленный шейный платок и начищенные сапоги.

– Значит, вы камердинер Ротбери?

– Да. Хоть мне и неловко признаваться в этом, зная, насколько неряшливо выглядит мой хозяин. Это позор для меня.

– И давно вы здесь живете?

– Семь месяцев, мисс. Семь долгих месяцев.

Боже. Семь месяцев – это и вправду много.

– Что случилось с герцогом? – спросила Иззи. – Как он был ранен?

– Мисс Гуднайт, я служу этой семье с тех времен, когда его светлость еще не родился. Долг и честь обязывают меня избегать каких бы то ни было сплетен о моем хозяине.

– Да, конечно. Простите, что спросила. Не смогла удержаться.

Иззи поняла, что подробности ей придется выведывать у самого герцога.

Дункан появлялся в отведенной ей комнате еще несколько раз: принес саквояж Иззи, поднос с простой, но сытной едой, кувшин теплой воды и таз.