— Леди Ильнира? — спросила, догадываясь, о ком идёт речь, но всё же решила уточнить.

— Да, милая, я подумала, что тебе будет неловко, вот и захотела оградить от ненужных переживаний, — закивала хранительница, — ну а теперь, поведай нам, что произошло во время твоего купания. Я правильно поняла, что тебе открылся переход в место, где нашли упокоение души твоих предков?

— Не знаю, наверное, — замялась, стараясь держать себя в руках и не обращать внимания на изучающий взгляд голубых глаз из-под длинных ресниц, — я, конечно, не против об этом поговорить, но было бы гораздо проще рассуждать, будь на мне моя одежда.

Позволите, я, сперва, переоденусь, а потом можно и поговорить. Лорд, вы не могли бы меня оставить одну?

— А тебя снова купаться не потянет? — выгнув бровь, спросил тот.

— Думаю, на сегодня, мне вполне достаточно, — ответила, стараясь натянуть рубашку ещё ниже, переступая с ноги на ногу под пристальным взглядом.

— Надеюсь! Хотя, зачем переодеваться? Эта вещь на тебе сидит великолепно, но раз надо… — улыбка тронула его губы, ещё раз окинув меня взглядом, с головы до ног, он вздохнул и, повернувшись к хранительнице, попросил, — леди Ильнира, будьте так добры, присмотрите за ней, на всякий случай.

— Перестань паясничать, — одёрнула та его, — девочке итак приходиться не сладко, а ты, своим поведением, делаешь только хуже.

Не сказав больше ни слова, эльф направился в сторону леса, где прислонившись спиной к одному из огромных стволов, стоял Ниэль.

— Я знаю, что ты в растерянности, из-за поведения Эла, — тихо произнесла леди Ильнира, — он и сам в таком же состоянии, поверь. На данный момент в нём борется чувство долга перед империей, ведь он её наследный принц, и внезапная привязанность к тебе.

То, что ты — человек, лишь всё усложняет. Я думаю, тебе надо знать, что он помолвлен, хотя даже ни разу и не видел свою невесту. Договор был заключён, пятнадцать лет назад, когда избраннице исполнилось всего два года. Это будет политический союз двух империй, скреплённый браком. Если бы на твоём месте оказалась эльфийка, то его чувства признали бы священными, и о политическом браке не могло быть и речи, так как у нас существует понятие истинной пары, когда две души соединяются навечно, но, ты человек…

— Зачем вы мне всё это рассказываете? — подойдя к своим вещам, спросила я, не видя смысла в разговоре на подобную тему.

— Затем, что ваши судьбы переплетены, — ответила она, — хочешь ты, или нет, но этого не изменить.

— Я не испытываю к нему никаких чувств, — призналась честно, — мне даже неприятна сама мысль, что мы можем быть как-то связаны.

— Понимаю, — улыбнулась леди, — это естественная реакция на те поступки, что он совершил.