Кесарь вынес ему приговор! Приговор кесаря — смерть! Мучительная и быстрая. Смерть!

— Это мелочи, Кат! — жестко произнес Динар.

Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как по щекам текут слезы, подбородок задрожал, а сказать я ничего не могла, просто прижалась к нему и уткнулась мокрым носом в его шею.

— Катенок, перестань, — Динар осторожно погладил по спине. — Кат… я жив, все хорошо.

Отпрянула от рыжего, выпрямилась, торопливо вытерла слезы подолом юбки и поняла, что в этом что-то есть. Надо понять, что именно.

— Кесарь пытался тебя убить? — задала я прямой вопрос и во избежание добавила: — Не юли, Динар. У нас проблема, ее нужно решить. Мне нужна информация!

Мотнув головой в сторону стола и лежащего на нем листка с моими записями, Динар мрачно произнес:

— Судя по всему, ты сегодня уже столкнулась с новой для себя информацией.

Я кивнула, шмыгнула носом и опять кивнула.

— Все так плохо? — продолжил допрос рыжий.

— Гораздо хуже, чем я могла предположить, — предельно честно ответила я.

— Вот и я об этом постоянно думаю: все значительно хуже, чем я даже мог предположить. О том, что кесарь силен, я знал всегда, но мне казалось, что теперь, обладая магией, я сумею дать отпор… бесполезно!

— Когда? — тихо спросила я.

— В ночь после вашей свадьбы, — Динар нервно выругался, но рассказ продолжил: — Он появился в охотничьем домике в горах, в спальне, которую я приготовил… для нас. Как?! Как он сумел отыскать скрытый среди скал и деревьев дом, я пытался понять ровно до его вопроса: «Айсир Грахсовен, вы осознаете, что совершили ошибку, несовместимую с жизнью? И соизвольте сразу дать ответ на второй вопрос — кого вы желали бы видеть наследником Далларии?»

Так и представляю себе невозмутимого кесаря, спокойно и чуть насмешливо взирающего на Динара. И тут я вспомнила:

— У тебя нет наследника!

— Я тоже об этом подумал, — признался рыжий. — Потом вспомнил, от кого я хочу наследников и, собственно, каким образом я хотел поучаствовать в их рождении…

— И каким? — спрашиваю, интересно же.

Он улыбнулся и, глядя мне в глаза, прошептал:

— Ты… без ночной рубашки… темные пряди волос разметались по подушке, а на твоих губах восторженным шепотом замерло мое имя…

«Хочу наследников!» — было моей первой реакцией. «Кесарь все считал!» — было реакцией второй и значительно более важной.

— Не могу одного понять, — продолжил Динар, — как он предугадывал все мои действия?

— Кесарь читает мысли, — глухим, каким-то чужим голосом произнесла я.

— Гоблин заразный! — выругался рыжий.

— Хуже, — простонала я, поднимаясь и глядя на лампадку, которая так и осталась стоять на полу у наших ног.

— Неважно, — едва сдерживая ярость, произнес Динар. — Он убежден, что я умер.