Кажется, будто даже отсюда слышна его ругань, и возможно стоило бы предупредить его об этом. Но нет, в таком случае он бы мог отказаться.

Туман начал немного зеленеть, клубиться, и распространяться на всю крепость, а я вытягивал из себя последние силы. Сложно, даже слишком. Совсем недавно я восстановился после лечения дочери Леонида, и вот, снова нагрузки на организм. Но спустя час работа была завершена, и завалившись на спину, подтянул к себе рацию.

— Готово! Переходим ко второй фазе.

Веки стали тяжелыми, а в глазах потемнело. Но краем уха я услышал взрывы. Значит голуби начали бомбить склады. Затем подключилась стрельба, послышался хохот. Туман подействовал на сознание персов, значит можно его отключать. Иначе под раздачу попадут и наши бойцы. А действие веселящего тумана на Гордых я проверять не хочу.

— Я многое повидал в этой жизни. Попадал в пугающие, пробирающие до дрожи ситуации, — Коганов затянулся сигаретой, выдохнул струйку дыма, и продолжил. — Я был почти уверен, что у нас ничего не получится, Вась. В лучшем случае, мы могли закрепиться неподалеку, и досаждать врагу ночными вылазками. Это уже было бы успехом! А операция взяла и удалась…

— Точно, майор. Сам не ожидал, — офицер тоже затянулся сигаретой, и посмотрел на Коганова. — Майор, а ты разве не бросил курить?

— Бросил! Но теперь снова начал! А как тут не начать? Я должен быть рад, ведь эта битва войдет в историю. Такой успех невозможен, невероятен! Но радости что-то нет, — вздохнул он и снова затянулся. — Ничего страшнее не видел, Вась. Это даже хуже, когда человек перед тобой разлетается на части. Кишки в одну сторону, руки и ноги в другую, а ты стоишь весь в крови…

— Согласен… Хохочущие, и при этом умирающие персы, это как-то слишком…

— Не представляю, что с ними сделал Булатов, — покачал головой майор. — Но как же хорошо, что мы с ним не воюем. И когда он рассказывал, что у него много врагов… Я ведь раньше сочувствовал ему, а надо было сочувствовать врагам!

— Докладывай! — генерал схватил телефонную трубку и прижал ее к уху. — Коганов, докладывай! Что у вас там творится?

— А всё, — ответил не своим голосом майор. — Всё, Геннадич!

— Что всё? — прорычал генерал.

Вот уже несколько часов он не находил себе места. Ситуация на первой линии обороны становилась всё хуже и хуже. Он видел, как самолет прилетает, выгружает раненых, и уносит новые подкрепления чуть ли не каждый день. И даже не хотел представлять, какие у Гордых потери…

Разведка уже не раз докладывала, что персы стягивают к той высоте всё новые и новые силы. И теперь генерал схватился за голову. Неужели Гордые не смогли сдержать врага? Теперь придется объявлять эвакуацию форта, и делать это нужно незамедлительно!

— Да всё, совсем всё! — ответил майор. — Аль-Джаруда взята нами.