Ничего примечательного я не нашла, хотя даже пол и стены простукивала, а еще вынимала книги с полок и двигала статуэтки, пытаясь отыскать, например, потайной ход. И вот почему в фильмах в старых замках герои всегда легко находят тайные комнаты, а я тут битый час на карачках ползаю — и хоть бы хны?!

До ужина я предпочла провести время в покоях маркизы. Устав искать хоть что-нибудь, выбрала себе наряд — светло-зеленое платье простого кроя, без обилия рюш и прочей ерундистики, да светлую дубленку с меховой подкладкой и удобные меховые валенки. Поужинав в холле замка не без участия подоспевшего Айлиана, отправилась гулять.

Вообще, я собиралась постоять немного на улице да пойти в библиотеку, но котяра уломал меня на прогулку. И ведь действительно, нигде, кроме замка, я еще не была, тогда как на территории Тауршира имелись смотровая башня, зимний сад, склеп и прочие строения. Со смотровой башни мы и начали, едва наступила полночь.

Неспешно шли по белоснежному снегу, пока хвостатый рассказывал мне о назначении тех или иных построек. Уж кто-кто, а он явно знал обо всем, что касалось замка. Жаль только, что рассказать не мог и половины, чтобы не начать по-кошачьи мяукать.

— Заберемся внутрь? — предложила я, когда мы остановились у смотровой башни.

Величественное строение из черного камня казалось неприступным и интересным.

Однако ответить кот мне не успел. Башня вдруг ни с того ни с сего угрожающе накренилась и начала заваливаться. Падала она почему-то преимущественно на меня.

— Мамочки! — только и смогла я прошептать.

На большее меня просто не хватило. Замерла в оцепенении без возможности пошевелить ногами и руками. Нет, умом-то я понимала, что надо бы бежать.

О том же кричал Айлиан, пытающийся лапами столкнуть меня с места, но ноги будто вросли в сугроб, а в душе появилось чувство неминуемого. Не так я себе представляла свой счастливый конец.

Грозный драконий рык раздался над Таурширом словно гром среди ясного неба. Вот до моей гибели остается лишь миг, а уже через секунду под башню ныряет драконище, принимая на себя ее немаленький вес. Его глазища разрезаны по-кошачьи узкими зрачками, из его ноздрей валит пар, а пасть ощерена, будто меня прямо сейчас собираются сожрать.

В этой ситуации я могла сказать только одно:

— Я ничего не ломала! Она сама!

И вот кто бы знал, чего он там такого матершиного ругается?

Вскоре среди необъятных сугробов стало слишком тесно.

Из-под огня, а точнее, из-под башни меня вытащили бравые чешуйчатые солдаты, подоспевшие на помощь к своему другу.

Они, словно камни, обрушались с разных сторон, сотрясая землю. Трое ринулись на помощь Рейалину, а один, мой любимый молчаливый дракон, обернувшись человеком, схватил меня на руки и выкинул метрах так в двадцати от эпицентра событий.