Мои же нервные клетки в это время помирали одна за другой, пока мозг настаивал на том, что с такими подсказками им необходимо исключительно плодиться и размножаться.

— Я права? Ну права же! — не выдержала я.

— Ты поела? — вдруг озаботился моим здоровьем дракон и, получив нетерпеливый кивок, продолжил: — А теперь в комнату спать. Считаю до пяти…

— А что будет на пять? — влезло мое неугомонное любопытство.

Хищно подавшись ко мне, Рейалин прошептал:

— Я вспомню о том, что я дракон.

Из библиотеки я вылетела пулей. А он в это время бессовестно ржал.

Сегодня я себе даже позволила поваляться в ванне.

Целых полчаса пролежала в пене, сделанной из геля для душа. А что? Шиковать так шиковать. Уж новый гель для душа я теперь купить себе могу.

— Пять мину-у-ут, пять мину-у-ут. Это много или мало? — напевала я, вытираясь полотенцем.

— Пять рыбе-е-ех, пять рыбе-е-ех. Раз куснул — как не бывало! — подпевал крутящийся у моих ног кошак.

Нет, я-то понимала, что он внеурочный ужин вымогает, но идти никуда не собиралась. Во-первых, потому, что замок все еще был активен и встречаться с Беральдом мне не хотелось совершенно. Во-вторых, потому, что в комнате было тепло, а в коридоре — очень даже прохладно.

Ну и в-третьих…

Драконище сказал спать. Быть пойманной им в коридоре наверняка будет то еще развлечение, но стоило ли нарываться?

Кажется, вырубилась я еще до того, как голова коснулась подушки. Зато проснулась впервые за последние дни не в обед. Не с рассветом, конечно, но тоже ничего. И такое у меня сегодня было настроение, что одеваться я пошла в спальню маркизы.

Ну кому не хочется хоть раз в жизни почувствовать себя жительницей семнадцатого-восемнадцатого? То-то и оно.

Только чтобы туалет был нормальным, люди мылись и не вываливали содержимое ночных горшков через окно.

Нет-нет, мне бы как в романтичных книжках. Цветочки там благоухают, птички поют, девушки от одних взглядов краснеют, а мужчины не понаслышке знают, что такое долг и честь. В те времена люди влюблялись с первого взгляда и парни подолгу ухаживали за понравившимися дамами — с позволения их родителей.

Наверное, нашему веку не хватало именно воспитания. По крайней мере, раньше мужчины все чаще смотрели в глаза, а не оценивали взглядом чужие формы.

Да и девушки гнались не за деньгами, а мечтали о чистой и светлой любви. Если верить книжкам…

— Ваша Светлость! — всплеснула руками Лаура, судя по взгляду удивившись моему столь раннему пробуждению. Встретились мы даже не в замке, а на ступеньках перед входом. — Завтрак подавать?

— Подавать, — вынырнул из-под моей многослойной юбки кот. — Правда же, хозяйка?

— Правда, — усмехнулась я его наглости. — Лаура, а где все остальные? Тишина такая — непривычно.

— Так списки составляют, чего кому надобно в городе вашем.