– Это отлично, что ты не уехал! – громко провозгласила она, пытаясь отдышаться. – Я еще издалека увидела твою машину, пришлось бежать, а на каблуках знаешь как это трудно! Что стоишь, поехали! Давай, жми на газ!

Ошалевший от такого напора Люк включил зажигание. Машина рванула с места, оставив изумлённую Эвелину с раскрытым от удивления ртом. Рядом с ней, словно осенний листок, унесённый ветром, упала на асфальт ее визитка, вылетевшая из машины.

Яна продолжала тараторить:

– Поезд пришёл, я узнала у носильщика, что Виталика увезли под капельницей в больницу. Едем туда! Ты знаешь, где городская больница?

– Ну и чудесно. – Она одёрнула свою детскую юбчонку.

Люк с удивлением посмотрел на ее обновку.

– Штаны потеряла, купила юбчонку, правда детскую, но зато модненькую, – пояснила Яна, перехватив его удивлённый взгляд.

– Ты меня не перестаёшь поражать, – сказал Люк. – А на шее у тебя что?

– Это? – Яна тронула ожерелье из вяленых вобл, которое болталось у нее на шее.

– Запах у этой рыбы такой… такой…

– Это я в пивном ларьке на вокзале прикупила. Пригодится. Виталика порадую. Сумки у меня нет, пришлось на шею повесить, – ответила Яна беспечно.

Люк только головой покачал.

Выйдя из вестибюля больницы, они двинулись по дорожке, ведущей к больничным воротам, за которыми Люк оставил машину.

– Да, не повезло Виталику, – сказала Яна. – Он в реанимации. И передачку не удалось передать… – Она коснулась ожерелья из рыб, по-прежнему болтающегося у нее на шее.

– Я на твоем месте тоже лег бы в больницу, – сказал Люк.

– Зачем? – не поняла она.

– Ты ведь с ним пила. Вдруг тоже отравилась! – пояснил Люк.

– Так я и отравилась, мне было так плохо, что думала – умру. К счастью, я выпила чуть-чуть. Можно сказать, только пригубила.

– А вдруг тебе станет хуже? – не унимался итальянец.

– Хватит каркать! Куда уже хуже? Виталия доставили с вещами, но мне вещи мои не отдают. Он должен подтвердить, что я с ним ехала. А подтвердить это он сейчас не может.

– Состояние стабильно тяжёлое, – вздохнула Яна. – Алкогольная интоксикация. Он не способен говорить и воспринимать информацию. Около девяноста процентов алкоголя разлагается в печени, остальное выводится через лёгкие и мочу. Нужно ждать.

Яна кивнула. Люк был явно удивлён.

– Я детский стоматолог. А что? Не похожа? – усмехнулась Цветкова.

– Ни капельки! Ты вообще ни на кого не похожа, просто какой-то неопознанный объект, честное слово. Ты инопланетянка?

– Догадался? – прошептала ему на ухо Яна. – Только никому не говори, а то мне еще жильё искать.