Обнаружив, что делать ему нечего, Эрагон присел на корточки у костра рядом с Ориком и Шрргниеном. Когда Шрргниен, сняв перчатки, вытянул над огнём свои покрытые шрамами руки, Эрагон заметил, что из каждого пальца, за исключением большого, у него торчат блестящие стальные шипы, вбитые, похоже, прямо в сустав.

— Что это? — в ужасе спросил он.

Шрргниен, переглянувшись с Ориком, засмеялся:

— А это мои Аскудгамлн — Стальные Кулаки. — Он, не вставая, ударил кулаком по обломку осины, приготовленному для костра, и в древесине остались четыре симметричные дыры.

Шрргниен снова засмеялся. — Очень удобная вещь, когда нужно ударить как следует, правда?

Эрагон, сгорая от любопытства, спросил:

— Но как это сделано? Как эти штуки тебе в пальцы… вбили?

Шрргниен ответил не сразу.

— Сперва тебя погружают в глубокий сон, и никакой боли ты не чувствуешь, а потом… потом просверливается дырка прямо в суставе… — Он умолк и что-то быстро сказал Орику на своём языке.

— И в эту дырку вставляется металлическое гнездо, — пояснил Орик. — А потом ещё все закрепляется с помощью магии. Когда воин полностью приходит в себя и руки у него заживают, в такие металлические гнёзда можно вставлять штыри различных размеров.

— Понимаешь теперь? — спросил, улыбаясь, Шрргниен. Он взялся за штырь, торчавший из сустава указательного пальца на левой руке, легко повернул его, вынул и протянул Эрагону.

Эрагон, качая головой, покатал острый штырь на ладони и сказал с завистью:

— Вот бы и мне такие «Стальные Кулаки»! — Он вернул штырь Шрргниену.

— Это очень опасная операция, — возразил Орик. — На неё решаются очень немногие кнурлане.

Можно запросто лишиться способности руками управлять, если тебе неудачно отверстия просверлят. — Он показал Эрагону свой мощный кулак. — У нас-то кости потолще, чем у людей, и то мы их трогать опасаемся. А у вас Аскудгамлн может вообще не прижиться.

— Ладно, я твои слова запомню, — сказал Эрагон, но ему по-прежнему весьма заманчивой казалась возможность драться с помощью таких «стальных кулаков», которые, наверное, способны даже латы ургалов пробить. Да, это было бы замечательно!

После ужина Эрагон сразу ушёл в свою палатку.

При свете костра он видел сквозь ткань палатки силуэт Сапфиры, казавшийся вырезанным из чёрной бумаги. Дракониха устроилась прямо под стеной его временного убежища.

Эрагон сидел, закутавшись в одеяла и поджав под себя ноги, и тупо смотрел перед собой — спать ему ещё не хотелось. Мысли сами собой тут же повернули к родным местам. «Как там Роран, — думал он, — и Хорст? И все остальные жители Карвахолла? Интересно, в долине уже начали сев?» Печаль и тоска по дому терзали душу Эрагона.