Пообещай мне, что постараешься, Антейн. Пожалуйста.

Волоча ноги, Антейн побрел к двери. Глава Совета старейшин плыл следом. Старик поднял руку, хотел было положить ее на плечо Антейна, но задержал в воздухе и после секундного раздумья убрал.

– Я буду стараться изо всех сил, дядя, – сказал Антейн, выходя за дверь. – Честное слово.

– Надеюсь, – хриплым шепотом ответил глава Совета старейшин.

ПЯТЬ ДНЕЙ СПУСТЯ, когда старейшины прошествовали по городу и вошли в дом, на который пало проклятие, Антейн лежал в постели, держась за живот и извергая все съеденное утром.

По крайней мере, так он сказал. Старейшины ворчали не переставая. Ворчали, забирая ребенка у покорных родителей. Ворчали, торопливо шагая к кольцу платанов.

– С ним придется разобраться, – тихо говорили они друг другу. И все прекрасно понимали, что это значит.

«Ах, Антейн, мальчик мой, мальчик мой! – думал, шагая, Герланд, и тревога обуревала его сердце, стягивая его в тугой узел. – Что ты натворил, глупый мальчишка! Что же ты натворил!»

Глава 7, в которой волшебный ребенок оказывается просто невыносим

К пяти годам жившая в теле Луны магия удваивалась уже пять раз подряд, но по-прежнему никак не проявляла себя и тихо покоилась в ее костях, мышцах и крови.

В каждой клеточке ее тела. Невидимая, неиспользуемая – сила, но спящая до поры до времени.

– Так не может продолжаться вечно, – ворчал Глерк. – Чем больше у нее будет магии, тем сильнее будет выплеск. – И он скорчил девочке смешную рожицу, хотя вовсе не собирался этого делать. Луна захохотала во весь голос. – Попомнишь мои слова, – сказал он, безуспешно стараясь, чтобы это прозвучало серьезно.

– Мы же не знаем наверняка, – сказала Сян.

 – Возможно, магия никогда не прорвется. Возможно, обойдется без трудностей.

Несмотря на то что Сян постоянно искала дома для брошенных детей, трудности она не любила. И грустное тоже не любила. И неприятное. Если она не могла ничего исправить, то старалась хотя бы не думать о грустном. Она сидела рядом с девочкой и пускала пузыри – красивые, светящиеся, по большей части магические пузыри, и на тугих выпуклых боках завивались вихри цвета. Девочка ловила пузыри руками и заключала в них цветы, бабочек или листья.

В самый большой пузырь она влезла сама и поплыла над травой.

– Посмотри, как красиво, Глерк, – сказала Сян. – Ну неужели нельзя думать о чем-нибудь другом?

Глерк покачал головой.

– Сколько это еще продлится, Сян? – спросил он. Ведьма не ответила.

Позже кошмар взял девочку на руки и пел ей песенки, пока она не уснула. Он чувствовал у себя в руках тяжесть магии. Ощущал, как катятся могучие волны волшебства, как ворочаются они в детском теле, не находя выхода на берег.

Ведьма сказала, что он все придумывает.