Мы можем рассказать ему о ваших лабораторных опытах и союзе с Хань. Либо же вы забудете о ханьцах раз и навсегда и отмените поставки им химер. Ах да, — спохватывается Гуськов. — Ну и само собой, вы не будете иметь никаких претензий к Вещему-Филинову за убийство Густава и Адольфа.

Хартман сжимает кулаки и напрягается всем телом.

— Ваша взяла, Гуськов, — процеживает он сквозь стиснутые зубы. — Мы спляшем по вашим правилам.

— Приятно иметь дело с разумным человеком, — улыбается посол.

Когда русский уходит, Хартман хватает телефон и нажимает кнопку быстрого набора.

— Узнай всю подноготную про Филинового! — рявкает глава немецкого рода, брызгая слюной.

— Этот щенок растоптал нас! Лишил огромных ресурсов! Угробил будущее рода в лице сына и внука! Нет, никаких действий! Только узнать! Его время еще придет! Не сейчас, но когда-нибудь!

Глава 19

Дни житейские

— София, твоя мечта сбылась, — развязно произношу я. — У нас появилась возможность изучать химер.

— Правда, шеф?! — загораются глаза моей штатной Целительницы. Девушка воодушевленно смотрит на меня.

Отодвинувшись от стола, я достаю из тумбочки пластиковый прямоугольник с именем и фамилией Софии.

На другой стороне изображен герб Горнорудовых.

— Жанна Валерьевна Горнорудова разрешила допустить тебя в одну из своих лабораторий. — Протягиваю Софии пропуск. — Так что сегодня-завтра ты улетаешь в командировку в Поволжье.

— Оу, — опешила девушка. — Значит, к Горнорудовым?"

"— Да, так уж вышло, что Горнорудовы уже двадцать лет занимаются исследованиями в химерологии. Ну а баронесса мне задолжала, поэтому нам дали разрешение погрузиться в их результаты, — я задумываюсь. — Неплохо было бы попасть в главную лабораторию в Тагиле, но с самим бароном у меня неважные отношения, и я не могу гарантировать твою безопасность на Урале.

Сам же выехать сейчас туда не могу. Поэтому ты летишь в маленький филиал, но это не так важно — все баронские лаборатории являются одной большой исследовательской базой и активно взаимодействуют друг с другом. Кстати, на месте ты можешь пересечься с экспедиторами Охранки, но не сильно удивляйся — наши силовики тоже погружаются в работу Горнорудовых.

— Понятно, — растерянно лепечет девушка, переваривая услышанное.

А потом вдруг признается, пристыженно покраснев: — Шеф, честно, я думала, ты забыл про мою мечту.

— Я всё помню, Сонь, — улыбаюсь. — Всё-всё, просто сама понимаешь… — развожу руками, указывая на стол, заваленный отчетами. — Вас у меня много, и приходится вводить очередность в порядке приоритетности.

— Да, конечно, — София виновато опускает голову. — Я прошу прощения за свою нетерпеливость…

Снаружи вдруг раздается хриплый птичий клекот и склизкое бульканье. Девушка робеет и пугливо смотрит на меня.