И выслушав несколько коротких фраз, повернулась к подруге с перекошенным лицом.

– Это Лариса звонит! Ее дом сносят!

– Как? – поразилась Кира. – В четыре утра?

Но девушки не стали тратить время на разговоры. Надо было мчаться на помощь подруге и ее мужу. Хорошо еще, что от поселка до коттеджа, который выстроили себе Лисицыны, было от силы полчаса езды. Ночью Кира пролетела это расстояние за четверть часа.

Когда девушки подъезжали к коттеджу, то еще издалека заметили необычайное оживление на местности. Горели огни, раздавались команды в громкоговоритель. Какие-то люди в форме рабочих строителей суетились и бестолково бегали взад и вперед.

Коттедж Лисицыных был ярко освещен огнями прожекторов. В их свете были хорошо видны маленькие фигурки хозяев дома, мечущихся внутри от одного окна к другому.

– Лариса! Богдан! Мы тут! Мы с вами!

Подруги побежали к коттеджу, но им наперерез кинулся какой-то бородатый мужик.

– Стойте! Туда нельзя! Сейчас бульдозер уже пойдет!

И он ткнул пальцем в огромную машину, пока что неподвижную, но с заведенным двигателем и угрожающе поднятым ковшом.

– Вы не имеете права!

– Дом подлежит сносу.

Вот документы! Все по закону.

– В доме люди! Хозяева!

– Так уговорите их выйти. Поймите, это в их собственных интересах!

– Я бы вам сказала, что в их интересах, – обозлилась на бульдозериста Кира. – Да боюсь, вы такое про себя слушать не захотите.

Бородатый почесал затылок и неожиданно жалобно произнес:

– Девчонки… ну, вы меня тоже поймите. Мне Богдана чисто по-человечески очень жаль. Хороший он парень. Но что я могу поделать? Работа есть работа.

– А если вам людей убивать прикажут, вы тоже свалите на свою работу?

– Так ведь это… того… выйдут же они когда-нибудь.

Я вообще обалдел, когда их обоих в доме увидел. Эрнст мне поклялся, что в доме никого не будет. Дескать, он им звонил, они отдыхать уехали. Дом пустой, можно его сносить.

– И вам не показалось странным, что люди, чей дом должны вот-вот снести, отправились спокойно отдыхать?

– Так ведь это… люди, они разные. У всех свое разумение.

Подруги ничего не ответили. Они прямо направились к дому, дверь которого гостеприимно распахнулась им навстречу. Но едва лишь девушки вошли, как Богдан запер дверь изнутри.

– Вот и хорошо, теперь нас уже четверо, – произнес он. – Небось с четверыми будет им справиться потруднее.

– Сейчас еще люди подтянутся, – добавила бледная Лариса. – Мы всем своим друзьям и родным позвонили. Но вы первые, кто откликнулся. Спасибо вам!

Но Кира не стала преувеличивать своей заслуги.

– Просто мы живем ближе остальных, – сказала она. – А что случилось-то?

– Вы сами не видите? Этот Эрнст – гад ползучий – решил действовать, не дожидаясь нашего согласия на переезд.

– Эрнст звонил нам вчера весь вечер.