Он смотрел на нее и понимал, что испытывает смесь все того же ужаса, что почувствовал, когда Катя только появилась на линейке, и отвращения. Все это было неправильным, чужеродным, не относящимся к его жизни. Этот младенец, что сидел в животе Катерины, не был его ребенком.

Когда Еся сообщила ему о Сашке, он обрадовался. Но стоило только Кате сказать про свою беременность, он ощутил что-то мерзопакостное. Как будто его привели на плаху и над его головой уже был занесен топор.

- Хорошо, - всхлипнув, сказала Катя. - Тогда пока хватит немного деньжат, но я пойду до конца, Никит. Мне действительно нужна поддержка.

Она посмотрела на него так, как смотрел кот из Шрека. Глаза круглые и едва ли не слезятся. Чего хотела? Услышать, что уж теперь он точно обеспечит ее крепким тылом в виде своего плеча и наличия рядом его семейства?

- Никит, забирай Екатерину и давайте-ка прочь с линейки, - донесся до Константинова голос матери.

Ник неверяще воззрился на родительницу, которая подошла к ним.

- Да-да. Ты верно расслышал, - обратилась к нему мама.

На Катю не смотрела, сделав вид, что ее просто нет рядом. Никита бросил взгляд в ту сторону, куда ушла Еся.

- Я хочу поговорить с женой, - проговорил он.

Мать помотала головой.

- Нет. Никаких разговоров. И прежде, чем Сашка выйдет, ты должен уйти.

- Мам…

- Ты должен уйти. И Катю уведи. Не хочу, чтобы моя внучка видела ее здесь.

Их с матерью взгляды скрестились. Никита понимал, почему мама так себя ведет. Их предположительные посиделки в кафешке попросту стали нереальными. Представить, что они с друзьями и родными сядут за один столик и сделают вид, что ничего не произошло, было невозможно. Черт! И почему такое стряслось именно в этот день? Как он потом объяснит дочери, почему его не было рядом в один из самых важных дней ее жизни?

- Пойдем, - буркнул он и, подхватив Катю под руку, повел к выходу со школьной территории.

Она подчинилась, засеменив рядом. А Константинову только и оставалось, что бросить последний взгляд туда, где была его жена. И в очередной раз убедиться в том, что он ее потерял. Оставалось надеяться - что это ненадолго.

- Вот. - Он сунул Катерине всю наличку, которая у него была.

Выходило что-то около десятки деревянными. Остальное надо было снимать с карты, хотя до сих пор он вовсе не собирался тратить эти деньги на что-то иное, кроме потребностей Сашки.

- Спасибо, - вновь противно всхлипнув, Катя забрала шесть купюр. - Но я уже сказала, что дело совсем не в деньгах.

Она вдруг сделала какое-то неуловимое движение и, припав к губам Никиты, попыталась тут же углубить поцелуй. Константинов отпрянул, словно ему под нос сунули ядовитую змею.

- С ума сошла? - процедил он, после чего отер рот тыльной стороной ладони. - Не поняла еще, что мне на хрен не сдалась? Ни ты, ни твой ребенок.