Девятый народ и я пока только притирались друг к другу, так сказать…
Зато Головастик был нарасхват! Вместе с охотниками он регулярно устраивал засады на "жирных карасей", что посещали или постоянно проживали в бухте. Ставил сети и верши. Прикрывал их во время сбора различных морепродуктов.
Честно говоря, он один, без всякой помощи легко мог прокормить всю эту толпу, меня и себя в придачу. Но я запретил ему это делать. Старый сам настойчиво попросил именно помочь, а не сделать всё за них… Очень достойная позиция. И правильная.
Малышня Головастика обожала. Его и детишки хоб любили, а он отвечал им взаимностью, но тут он нашел себе единомышленников.
А что творилось, когда он извлекал из своего нутра скрипку и рвал душу негромкими, грустными, пронзительными композициями? Это надо было видеть. У бацхвари с пением, плясками совсем плохо. Это часть их культуры была основательно растеряна, почти ничего не осталось.
С инструментами подобными скрипке лягушки вовсе были незнакомы. Ничего, просветим, ещё и волынкой с барабаном, дай только время.
А ещё, как мне сообщил Головастик, он слышит неслышимое для меня когда бацхвари общаются. И не только слышит, но и большую часть понимает. Не сказать, что их язык ему как родной, но особых трудностей он не испытывает. На вопрос - откуда, он уверенно постучал по своему остроконическому кумполу: родовая память.
Я пока запретил Головастику показывать эту способность, пусть будет в рукаве козырёк малый, так, на всякий случай… И, кстати, по поводу малышни.
Что-то такое, глядя на поведение Головастика среди детишек, ещё там, среди хоб, я подозревал.

















Комментарии
Добавить комментарий