Пукнул, мать его, совсем не громко! Однако, Головастика выбило из нематериальной формы моментально! И в самый неподходящий момент, как раз тогда, когда Головастик приближался к крабу с большой связкой гранат - подкинуть подарочек под панцирь. Для начала…

Вот он и материализовался у него, чуть ли не под носом. Мало того, вывалился совсем обессиленным. Нашлась и на его способность управа. Краб, сука, не растерялся, моментально крутанулся и схватил Головастика своими клешнями, сдавливая и растягивая в стороны. Слабость и бессилие, печаль, но просунуть щупальце в пасть крабу он смог, повторив то, что сделал Хозяин.

Ничто не может быть таким же крепким внутри, как и снаружи… Взрыв! Угасающим сознанием Головастик зло порадовался тому, как ближайшие кракозябры набросились на его измочаленное, порванное тело и стали рвать его, отгрызать, вырывать куски, жадно заглатывая их тут же!

Ну-ну, мелькнула у него угасающая мысль, жрать исключительно ядовитого - сомнительная затея. Надеюсь, Головастик дал достаточно времени Хозяину…

Через несколько минут, когда от Головастика почти ничего не осталось, когда некоторые уже штурмовали тоннель внутри каменного зуба, а остальные, те кто мог, полезли, поползли по внешней стороне, не менее двух десятков кракозябр вдруг заколдобились, упали, стали скрючиваться и извиваться, а потом быстро затихли.

Не всё полезно, сказал бы на это Господин Мо, что в рот полезло…

Я близко, близко… Путеводная рубиновая звёздочка сияет всё ярче и ярче. Сканер, что я пускаю в ход постоянно, показывает направление и многие преграды на пути. Интуит оценивает и анализирует… Я бы успел и так, но в одном из органов, увы и ах, я окунулся в исключительно поганую жижку, что съела, буквально за пару минут, все мои ништяки и девайсы.

Костюм, сумки, запасы, оружие, всё! Просто осыпалось невесомым прахом, и я снова гол, как сокол. Хотя нет, один предмет всё же остался. Удивительно, но это слегка кривой, исключительно острый, двадцатисантиметровый обсидиановый клинок. Трофей былых времён. Ритуальный нож Великого Шамана хобол.

Кожаная шнуровка на ручке тоже слезла, но сам клинок, как только что из-под руки мастера. Не перестаю поражаться, магия - она такая магия! Вот эта, практически безобидная вещь, относительно того, чем я был вооружен только недавно, цела, а всё остальное - в труху.

Я поднял нож и подкинул его в руке: тяжеленький, остренький, бросать не буду, пригодится.

"Внимание, Господин Мо! Ваш питомец погиб. Возрождение через двадцать четыре часа."

Спасибо дружок, что продержался так долго, - прошептал я, - Я уже рядом.

Да, именно рядом. Потому, что я стоял возле кровеносного сосуда, огромной трубы трехметрового диаметра, что несла поток белёсой жидкости прямо в сердце Великого Кракена.