Мы хоть и недалеко бороздили волны, нарезая круги вокруг острова, но за час всяко не успеем. На «Принцессе Мио» точно. Мели. Многокилометровые мели.

- Отец! - как ни хорохорилась Жемчужинка, как ни готовилась морально, но если не полный испуг, то основательная тревога присутствовала. Заквакали, тревожно зашевелили глазами остальные бацхвари.

- Так, спокойно! - собрался я с мыслями, - Спокойно всем. Час- это до! До начала события. Не выскочит же огромный кальмар со товарищи прямо посреди мелей. Хоть какое-то правдоподобие должно же соблюсти.

- Я возьму дочь и долечу минут за пятнадцать.

Головастик реактивной торпедой домчит сам, и может прихватит цепкими щупальцами пару бойцов. Ещё шестеро поедут на аквабайках. За полчаса доберутся и те, и эти. Потом я заберу Старого. А остальные пока плывут на тримаране до самых мелей. А там поскачут сами. Возможно, я успею сделать ещё пару ходок. Остальных подберут аквабайки и Головастик. Если не будем жевать сопли, в час, плюс\минус, уложимся.

Мы уложились! А потом ещё час ожидали. Успели спрятать не только дочу и старого, но и почти всех бойцов, кроме парочки у самого входа.

Я барражировал под облаками, обозревая океанский простор вооруженным глазом. Сине-зелёная лазурь… Погодка сегодня - само спокойствие. Волнение слабенькое, ветерок ещё тише.

Бедная «Принцесса» сиротливо торчала, врезавшись всеми своими корпусами в серо-желтый песок гребенчатой мели. Выживет ли, переживёт?

И вот, на исходе второго часа, на горизонте, между небом и водой, оттуда, где самая глубина, которую на Океании называют Тёмная Бездна, что-то показалось. Не сказать, чтобы быстро, но и не медленно. Прошло не более десяти минут, и уже стало хорошо видно, что это огромное серое пятно, не меньше километра в диаметре, двигающееся под водой.

Пятно, словно гигантская амёба, выбрасывало и втягивало короткие отростки-ложноножки, то становилось шире, то уже, то чётче, то словно заглубляясь в толщу воды.

Как-то я себе представлял великую гадину иначе. Более внушительным, что ли, как-то покомпактней, формой всё же ближе к классическому кракену. Но ещё минут через десять я понял свою ошибку! Это не сам кракен, это были его миньоны. Тысячи… Или десятки тысяч?

Они роились и кишели, наслаиваясь друг на друга, переплетались и клубились! Чем ближе, тем больше деталей выхватывал мой зоркий глаз! Кого там только не было.

Рыбы и морские звери, рептилии и амфибии, медузы и крабы, океанские змеи и самодвижущиеся раковины, головоногие и рукоголовые! Я даже с помощью прокаченного интуита смог опознать лишь исчезающе малую часть кракозябр, что надвигались на нас.

Гладкие и чешуйчатые, с щупальцами и ластами, с суставчатыми конечностями и клешнявыми лапами, рогатые, зубатые, шипатые.