— Ты не уверена? Как так?

— До того, как он стал жрецом, наше общение можно было назвать отношениями, но потом у него стало мало времени, да и дар он получил очень специфичный, с таким очень сложно иметь возлюбленных. А потом и я стала жрицей, ну и сошло на нет все.

— Какую же силу принял твой бывший возлюбленный?

— Он стал жрецом смерти. Уже при жизни они становятся немного мертвыми.

— Я не жрица смерти, чтобы точно ответить на этот вопрос. Говорят, что этот дар действительно очень специфичный и с истоком связан не полностью.

Исток только дает возможность выбранному им человеку получить этот дар, но чтобы обрести полную силу, будущему жрецу для связи с миром мертвых приходится отдать часть своей души за грань. Из-за этого жрецы смерти становятся гораздо менее эмоциональными.

— Как интересно. Жрецы знают, что ждет людей после смерти?

— Точно об этом можно узнать, только умерев. А такие жрецы могут видеть знак смерти над живым существом, которое скоро должно умереть.

Если задать вопрос жрецу напрямую, он сможет сказать, когда и как ты умрешь. Самые сильные старые жрецы могли снимать метки, пусть не все и не у всех. В нашей стране было много долгожителей.

— А еще они могут перевоплощаться в крылатых человекоподобных тварей с косой, — мрачно произнес Соул.

Невольно усмехнулась. Все же прямое столкновение со жрецами произвело на генерала большое впечатление.

— К слиянию с энергией своего дара жрецы смерти прибегали реже всех и только в самых крайних случаях.

После каждого такого слияния они становились еще чуть менее живыми.

— И как ты умрешь, Эль? Сколько тебе еще отведено лет?

От удивления даже обернулась к Соулу.

— С чего вы решили, что я это знаю? Я ведь не была жрицей смерти.

— Неужели ты не спросила об этом у своего… друга?

— Неужели неинтересно?

— Иногда лучше знать меньше.

Только обернувшись к генералу, заметила, что основная часть войска осталась далеко позади.

— Зачем вы так далеко уехали вперед? Это разве не опасно?

— Не настолько далеко.

Ты действительно считаешь, что для меня тут может быть что-то опасно?

— Вы все-таки генерал имперской армии. Многие за счастье посчитали бы вас убить. А мы еще и едем сейчас рядом с лесом. Вдруг шальная стрела из-за деревьев прилетит.

— Не понимаю. Ты так обо мне беспокоишься, недооцениваешь, желаешь оскорбить или шутишь? Думаешь, мага так просто убить?

— Я не знаю, мне про магов мало что известно.