— Но я прошу тебя, держись подальше от неприятностей.

— Хорошо, — я-то пообещала быть благоразумной, но это не я ищу неприятности, они сами меня находят.

Дальше мы летели молча. Была неловкость с моей стороны. А вот от хармита чувствовалось недовольство.

— Кирис, мне кажется, ты сердит на меня, — я не выдержала и первая начала разговор. На штурмовике был включен режим автопилота, и мужчина просто сидел и смотрел вперед. Он словно обдумывал что-то, и это что-то, по моим ощущениям, касалось меня.

— Тебе нравится Мати? — хоть и был в интонации вопрос, но я почувствовала, что он скорее утверждает, нежели спрашивает.

— К чему этот вопрос? — хоть я и начала разговор, но откровенничать на тему своей личной жизни не хотела. Почему-то я считала, что мы не настолько близки с Кирисом.

— К тому, что мне надо понять: мне принять его или избавится от него? — слова были произнесены таким тоном, что двусмысленности они не подразумевали.

— Не понимаю, — я реально ни черта не понимала. — При чем здесь ты и Мати? Почему ты его должен принимать? И с какой стати избавляться??? — я начинала злиться. — Тебе не кажется, что это как-то не вписывается в рамки отношений “преподаватель-курсант”?

— Ты всего не знаешь, — вкрадчиво начал хармит.

— Так объясни мне, — моя злость сдулась. Ии так захотелось, чтобы меня пожалели и прижали к себе. Кирис словно почувствовал на каком-то подсознательном уровне все это и, повернувшись ко мне, встал со своего места. Отстегнул мой ремень, которым я была пристегнута к сиденью, и поднял меня над ним, как пушинку. Ему явно было неудобно из-за отсутствия места для маневра, все же над нами был прозрачный купол штурмовика. Он вернулся к себе на место, и я оказалась у него на руках. Нажатие пары кнопок и вот мы уже спрятаны от посторонних глаз.

— Ты многого не знаешь о хармитах. Наша культура настолько древняя, что не все из нас знают все, на что способны, — мужчина словно убаюкивал меня на руках, а я чувствовала себя в безопасности. Впервые с того момента, как я попала в этот космический пир, я ощутила отсутствие какой-то угрозы. Такое же чувство было у меня, когда меня обнимал Мати. Я поймала себя на этой мысли и удивилась. Неужели я что-то чувствую к этим двум хармитам? Разбираться и ковыряться в себе сейчас не хотелось. Хотелось насладиться ситуацией.

— Расскажи мне, — я, как кошка, прижалась к широкой груди и на интуитивном уровне поняла, что хармит улыбается.

— Ты видела татуировки на руках у Косты? — Кирис прижал меня к себе и с шумом вдохнул запах моих волос.

— Которые на запястьях? Черные такие? — вспомнила, как мужчина их все время потирал, словно они доставляли ему дискомфорт.

— Да, эти самые, — Кирис закатал рукава на обеих руках.