Бог мой, я и не думал, что смогу так много говорить! Ну?..

— Еще не усвоил, — ответил я. — Слишком поздно вы затеяли этот разговор.

— Знаю, но я до последней минуты думал, что смогу пойти. Обещаю отплатить услугой за услугу.

— Не удастся. У меня нет тетушки-миллиардерши. К тому же сомневаюсь, чтобы она забыла меня — мое замечание было довольно едким. А что, если она наложит вето на мою кандидатуру? Тогда вам придется снова мне звонить, затем искать кого-то другого, а вам нельзя много говорить и, кроме всего прочего, ее отказ оскорбит меня в лучших чувствах.

Я нарочно затягивал разговор, желая подольше послушать, как он говорит. Мне показалось, что хрипел он и шипел как-то неестественно, и я заподозрил, что он симулирует. Не скрою, удивился я и тому, что его выбор пал на меня — мы даже не были приятелями.

Я отнекивался до тех пор, пока не удостоверился, что голос у него вовсе не простуженный, и только после этого согласился удовлетворить его просьбу. Она пришлась мне по душе. Новые впечатления расширяют кругозор и помогают лучше познать человеческую натуру. К тому же мое присутствие в доме миссис Робильотти создает щекотливую ситуацию, а мне было интересно, как эта семейка из нее выкрутится. Интересно и то, как я сам справлюсь… Короче, я сказал, что буду ждать звонка от тетушки.

Не прошло получаса, как зазвонил телефон. Я как раз покончил со своими смазочными делами и убирал пистолет в ящик письменного стола. Знакомый голос представился секретаршей миссис Робильотти.

— Опять пропали бриллианты, мисс Фромм? — произнес я и услышал:

— Миссис Робильотти сама будет говорить с вами, мистер Гудвин.

Другой знакомый голос спросил:

— Мой племянник Остин Бэйн сказал, что договорился с вами.

— Вот именно. Чей-то голос уверял, что это Остин, но возможно, что это был морж, пытавшийся лаять по-собачьи.

— У Остина ларингит. Он сказал вам об этом. Вижу, что вы ничуть не изменились. Мой племянник просил вас заменить его сегодня за ужином в моем доме, и вы будто бы дали согласие, если я вас приглашу. Это верно?

— Вам известно, что это за ужин?

— Конечно. Так же, как и многим другим американцам.

— Очень сожалею, что эти приемы получили такую огласку, но не хочу нарушать установившуюся традицию. Я обязана ее продолжать в память о моем покойном муже. Я приглашаю вас, мистер Гудвин.

— Ладно. Принимаю приглашение, но только в порядке одолжения вашему племяннику.

— Хорошо. — Пауза. — Не полагается предупреждать гостя, как ему вести себя, но в данном случае это необходимо. Надеюсь, вы понимаете?

— Тактичность и благоразумие обязательны.

— Непременно прихвачу, — заверил я.

— И, разумеется, благовоспитанность.

— Одолжу у кого-нибудь. — Я решил ее утешить. — Не тревожьтесь, миссис Робильотти.