Я присаживаюсь рядом с ней и убираю белокурую прядь у нее за ухом. Ее нижняя губа подергивается, и я поддаюсь желанию прикоснуться к ним, провести большим пальцем.

Они мягкие, полные и умоляют о моем члене между ними.

Словно читая мои мысли, они слегка раздвигаются. Я издаю глубокий стон в горле.

Сексуальная привлекательность.

Что-то, чего у Рейны в избытке, и она использует в своих интересах каждый предоставленный ей шанс. Я думал, что у меня иммунитет, но это не так.

Потому что прямо сейчас я хочу раздеть ее догола и трахнуть.

Она снова действует мне на нервы. Она не может залезть мне под гребаную кожу.

Я кладу руку на ее закрытые глаза, а другую на нос и рот, перекрывая ей дыхание.

Ее спасательный круг.

Единственное, что удерживает ее в этом мире.

Это может закончиться прямо сейчас.

Все будет кончено. Я получу то, что хочу, а она получит то, что заслуживает.

Ее стройное тело отрывается от пола из-за нехватки кислорода. Ногти впиваются в мои руки, а ноги бьются со свирепостью жизни.

Как бы сильно она иногда ни ненавидела эту жизнь, она чертовски уверена, что борется за нее.

Она боец, Рейна. Выжившая — но это ненадолго.

Я закрываю глаза и медленно убираю руку с ее рта. Ее дыхание прерывистое и безудержное, словно она умирала и теперь выныривает, чтобы глотнуть воздуха.

Она не заслуживает такой легкой смерти.

Ее тело откидывается назад, а руки падают по обе стороны от нее.

С другой стороны двери доносится шум.

Я встаю и запоминаю ее сломанную фигуру, запечатлевая ее в памяти.

— Скоро все закончится — говорю я. — Все это закончится.

Я резко прихожу в себя, хватая ртом воздух, будто меня воскрешают.

Темное пространство исчезает, и здания проносятся мимо меня.

Я в... машине?

Я поворачиваю голову в сторону, ожидая увидеть того, кто поймал меня в ловушку в классе. Он положил руку мне на лицо. Душил меня. Он... хотел убить меня.

Все, что я помню, это размытый черный силуэт, когда он уходил, но я бы узнала его, если бы видела.

Он запечатлелся в моем подсознании, как огромная ворона, Страшный Жнец, больше, чем в жизни.

Мое дыхание замедляется, когда я вижу лицо водителя.

Он ведет машину, держа одну руку на руле, его внимание сосредоточено на дороге.

Уму непостижимо, как сильно его присутствие успокаивает меня.

Этого не должно быть, верно? Ашер не мое безопасное место.

Я смотрю вниз на свои джинсы и майку. Они выглядят нетронутыми. Со мной все должно быть в порядке... верно?

Покалывание подступает к моему носу, и давление нарастает за глазами, но я сдерживаю слезы... унижение, боль.

Когда, черт возьми, я перестану позволять своей жизни ускользать от меня? Оно просто продолжает ускользать у меня между пальцами, как вода.

Поняв, что я проснулась, Ашер бросает взгляд в мою сторону, или, скорее, пристальный взгляд.