— Начинается! — выдохнула наемница, и резко повернулась к Рхаррашу. — И мы ждем вашего невероятного предложения, от которого ну никак не сможем отказаться!

Хелл продолжала пританцовывать, находясь в кольце нежных рук Сиана и с улыбкой смотрела на главу дома Даитлон. Дааа, судя по его лицу подобного ему видеть, еще не приходилось.

— Как вы узнали, что я последовал за вами с предложением? — очень отчетливо произнес Рхарраш.

— Я даже могу сказать, к чему относится ваше предложение! — Хелл улыбнулась, но в глазах не было и намека на радость, только сосредоточенное внимание. Несмотря на всю кажущуюся легкомысленность, сейчас наемница анализировала каждое движение главы дома Даитлон, то, что увидела на звездном небе детей Даитлонасс, и то, что сумела понять из разговора. Да, она определенно знала, каким будет его предложение, поэтому нагло усмехнувшись, ответила. — Нет!

— Хелли, может ты не будешь вмешиваться? — холодным тоном остановил ее Арсианар.

— Буду, — совершенно спокойно ответила наемница, — речь о моих детях, поэтому я не только имею право вмешиваться, но и буду это делать. Более того, милый, на три года ты отдашь обоих на воспитание моему учителю, — произносить имя Сайсиена при главе дома Даитлон она не собиралась. — Впрочем, об этом мы еще поговорим. Итак, мой ответ… наш ответ нет!

Рхарраш подошел ближе, сотворил для себя черное кресло, сел и глядя на Сиана с улыбкой произнес:

— Арсианар, мальчик мой, а мне казалось, тебя заинтересует возможность сохранения жизни твоей неугомонной саити, которую вы еще не просветили о положении женщины в Великих Домах!

Это он намекал, на ее недостойное поведение. Хелл с досадой подумала, что нужно было и далее ломать комедию, возможно, тогда удалось бы его довести окончательно… С другой стороны эти деймасы были слишком помешаны на детопроизводстве. Тахешесс! Очередная стена, которую не удалось обойти. Впрочем… а мы пойдем другим путем!

— Знаешь милый, — Хелл говорила с Сианом, но смотрела, не отрываясь в глаза главы дома Даитлон, отслеживая его малейшую реакцию на ее слова. Она вновь собиралась танцевать на острие ножа. — Твой дорогой «друг», который столь упорно называет тебя мальчиком, что относиться к нему иначе, чем как к древнему старичку я уже не могу, он по ходу без наследника остался. — Глаза Рхарраша сузились лишь на мгновение, но Хелл заметила и поняла что права, хоть он и продолжал сидеть с выражением абсолютной невозмутимости на лице.