В изумлении глядя на любимого, девушка все же помощь приняла и позволила Сиану подсобить ей спустится. Для нее это было вполне нормальным, хоть и весьма приятным, зато деймасы отреагировали напряженным и даже каким-то осуждающим молчанием.

«Милый, ты ради меня растоптал к демонам весь этикет? — испуганно спросила Хелл».

«Подавить народу ноги, если не дают дороги! Дали в морду — выбей глаз, чтоб не били больше нас! — процитировал деймас ее собственные слова. — Саити моя, в твоем положении я был бы идиотом, если бы позволил тебе спускаться самой, да еще и на этих жутких подобиях обуви. Кстати, ты как?»

«Нормально, дерутся тут всякие в животе, видимо нервничают из-за массового скопления цветника деймасов, а так ничего, до конца выдержу».

Сиан чуть сжал ее руку и отпустил лишь когда они спустились в основной зал. Теперь ее любимый снова шел впереди, она следом, но ощущала, что Отронире прикрывает ее сзади. Шествовали до фонтана они минут пять, под гробовое молчание окружающих. В итоге члены трех главных Домов встали у фонтана, как по команде повернулись к остальным. Вперед вышел Отрониро Ледши, подняв ладонь, заговорил на артианесс — их первом языке, который Хелл понимала через три — четыре слова:

— Великая радость пришла в мой Отскоре…

Наемница уже знала, что много лет назад он говорил те же слова когда сообщал о рождении Арсианара… и тогда в его словах была боль, потому что за его спиной стояла лишь треть членов его семьи, остальные погибли, защищая надежду дома Азгарт. И вот надежда дала плоды… точнее целых два и оба в ней уместились. Появилось желание погладить свой живот, но этикет запрещал. Наемница вновь прислушалась к речи Главы дома Азгарт.

— Сегодня день величайшей радости, потому что звезда счастья удвоилась!

Вот после этих слов стремительно потемнело и весь потолок Расхштанара превратился в звездное небо, но только не существовало таких созвездий в природе, потому что сияющие точки поделились по цветовому признаку и кучковались. Не сложно было догадаться, что на карте сияли не звезды, а дети Великих Домов.

«И все на мушке, — с грустью подумала Хелл, — печально».

Картинка изменилась, словно приблизив скопления синих, голубых и черных звезд и на этом звездном небе выделялась ярчайшая синяя звезда — Сиан. К ее сожалению рожи Рхарраша видно не было, впрочем, оценить степень яркости его черной звезды было проблематично на темном фоне и это оставило несколько неприятный осадок в душе — не любила Хелл, когда в уравнении были неизвестные.

Изображение снова мигнуло и теперь все отчетливо видели яркую звезду Сиана, а рядом с ним две крошечные, но со столь же интенсивным свечением, синюю и сине-зеленую звезды.