Не вмешивайся, очень прошу!»

— Норди, — Хелл подняла на светловолосого деймаса полные слез глаза, — пусть будет по-твоему, жизнь без тебя все равно лишена смысла! Убей меня, только… подари последний поцелуй…

Нордраг несколько секунд смотрел на нее, затем отдав приказ своим на странном языке, направился к ней, гибкой походкой хищника. Сиан дернулся в его сторону, но тут же был отрезан странной сверкающей радужной гранью, чем-то напоминающей стенку мыльного пузыря.

«Не вмешивайся! — повторила Хелл, — в крайнем случае, я уйду!»

«Ну, Хелл, ну ты… — видимо словарный запас у Сиана закончился».

Наплевав на ярость родного будущего мужа, Хелл продолжала играть безумно влюбленную, ожидая главу дома Растан. Нордраг подошел к ней, оглянувшись, бросил торжествующий взгляд на Арсианара, и наклонился к Хелл. Наемница обняла его за шею, потянулась к нему губами, и едва деймас поцеловал ее, страстно ответила на его поцелуй, одновременно послав мысль:

«Детки, он ваш!»"

"Наемники обладают одним важным навыком — они запоминают все с первого раза, иначе нет шансов выжить. Целуя Нордрага, Хелл вспомнила, что испытывала, когда выпила силу стражника даркианца, и сейчас именно эти ощущения и вызвала в себе. Деймас обезумел от страсти, а Хелл продолжала тянуть из него энергию, ощущая, как становится сильнее, ощущая, как внутри нее просыпается нечто мощное. Когда он почувствовал неладное, для главы дома Растан было уже поздно и с глухим стоном Нордраг повалился на серовато-белую крошку мрамора. Хелл усмехнулась, переступила через полутруп, открыла Путь. Вышла она рядом с Арсианаром, нагло оглядела нападающих, с ужасом взирающих на бьющегося в агонии предводителя.

— Страшно, правда? — ехидно поинтересовалась Хелл, — зато мне теперь таааак хорошо!

Деймасы повернулись к ней, в их руках вновь появились сгустки силы, и Арсианар мгновенно закрыл ее собой. Как бы не так, сейчас она собиралась развлечься.

— Сиан, — нежно попросила наемница, — ну можно еще хоть парочку? Ну, это так весссссело…

Он бросил на нее гневный взгляд и сквозь зубы прошипел:

— Цепь, Хелл! На всю оставшуюся жизнь!

— Та сколько ее там осталось, — грустно усмехнулась девушка, — затем подошла, обняла его со спины, — Сианчик, я тебя люблю!

В глазах нападающих деймасов это выглядело парадом абсурда, но наемнице на их мнение было наплевать.