Только она собиралась подарить ему не ранее чем к пятнадцати годам.

— Элеанна, ты в порядке? — послышался голос Миарни.

Хелл мрачно взглянула на дверь. Единственное место, где она добилась права находиться в одиночестве — это туалет! Но даже когда она запиралась в маленькой комнатке, долго ей тут быть не позволяли!

«Убейте меня кто-нибудь из милосердия! — подумала бывшая наемница».

— Я выхожу уже, со мной все в порядке! Ррррр…

Она завернула Ргаран в черную ткань, которую нагло оторвала у одного из платьев, и вставила в пространство между стеной и зеркалом над раковиной из голубого мрамора. После этого первая инари дома Азгарт поправила платье и величественно покинула… комнату для уединения.

А ее уже ждали — трое деймосянок и двенадцать служанок!

— Миарни, за что мне это наказание? — не выдержала Хелл.

Миарни и Дайнира переглянулись, в итоге будущая прабабушка переспросила:

— Какое наказание, Элеанна? Тебе плохо? У тебя расстройство? Есть позывы, а в туалет не хочется?

Истерический смех бывшей наемницы перешел в рыдание. Ее тут же бросились успокаивать, и Хелл уже не выдержала. Практически отшвырнув служанок, она рванула в бассейн раздеваясь на ходу. Прыжок и она входит в воду, не расплескав и капли, а затем долго и вдохновенно плавает, стараясь почаще нырять, чтобы не слышать воплей трех гарпий. Минут через двадцать Хелл успокоилась, а деймосянки наконец охрипли, и орать перестали.

— Я одного не могу понять, — Хелл подтянулась на руках, сильным движением вытянула тело из воды и села на бортик, — вот скажите мне, только честно, вас во время беременности тоже так доставали?

Три инари переглянулись, потом несколько раздраженно уставились на Хелл.

— Вот откровенно — у меня такое ощущение, что вы уже пятый месяц прилагаете все усилия, чтобы сделать мою жизнь невыносимой! — продолжила девушка.

— Элеанна, я не совсем понимаю? — начала Миарни, — мы заботимся о тебе…

— Да вы достали уже! — Хелл вскочила, — Я не деймосянка! А, тахешесс, вы же называете себя дайтилонасс… Я не одна из вас, я не аристократка, я наемница! Я привыкла не спать сутками, обходится без еды, если нужно, заниматься бегом, силовыми упражнениями, а не сидеть и выслушивать про все что мне нельзя! Я ненавижу служанок, они меня бесят! Я ненавижу, когда меня одевают! Я ненавижу, когда мне не дают даже апельсин самостоятельно себе почистить! Я очень-очень хочу иметь место, где меня не будут доставать!

Воцарилось молчание. Служанки, видимо соображали быстрее, поэтому медленно начали отступать к выходу из купальни.