Биосканер среагировал бы даже на организм Иного, как реагирует на любой живой объект крупнее лабораторной крысы. Что, черт возьми, тут стряслось?
– Вариантов три, – глубокомысленно заключил Гильгоф, когда катер приземлился на снежную равнину приблизительно в километре от построек. – Первое: базу срочно эвакуировали, потому что американцы неким образом пронюхали о рассекречивании своего проекта. Второе: кто-то успел поработать до нас. И третье: всех обитателей съели животные, случайно вырвавшиеся на свободу.
– Возражение, – буркнула Маша, глядя в иллюминатор, где бурлил снежный вихрь, поднятый двигателями «Триглава».
– Я забыл о четвертом, самом неприятном, варианте, – будто не слыша речь Ельцовой, продолжал доктор. – База – ловушка. Неизвестно чья, неизвестно кем устроенная и неизвестно для кого приготовленная.
– То есть? – нахмурился Казаков. – Полагаете, нас ждут?
– Вы самовлюбленный эгоист, – насмешливо фыркнул Гильгоф.
Лейтенант только вздохнул.
– Ну имена-то более-менее известны.
– Ни хрена мы не знаем, – отверг предположения Казакова Гильгоф. – Можем только догадываться. Но сейчас я уверен в одном – комплекс необитаем. Разумеется, если бы вы планировали военную операцию, я не стал бы напрашиваться идти с вами до зачистки территории… Но сейчас, может быть, вы возьмете нас с собой?
– Участие гражданских лиц, не имеющих статуса сотрудников министерства обороны, в любых акциях, проводимых подразделениями специального назначения, – нарочито занудным голосом процитировал Казаков, – строжайше запрещено параграфом триста шестнадцать, пункт девять особой инструкции Командования ВКК.
– А похороны – за счет правительства, – мрачно пошутила Маша. – Не беспокойтесь, я захвачу с собой кой-какие вещицы, которые нас обезопасят.


















Комментарии
Добавить комментарий