Потом я отдельно подошёл к Воробью и извинился за досадное недоразумение, на что он, неожиданно, попросил меня научить «этому приёму». Подтянувшиеся остальные «волкодавы» всем своим видом тоже выразили заинтересованность в изучении нового.

— К сожалению, не могу. — развёл я руками. — Тайна Рода… — не став уточнять какого именно.

Да и как мне им объяснить, что те же самые Романовы сами мало представляют, о чём идёт речь, и пользуются родовым архивом.

Коллеги разочарованно повздыхали и разошлись.

— Пошли, Камень, полковнику сдаваться… — усмехнулся Васильев.

 — Он тебе быстро за тайну Рода пояснит.

Орлова мы застали на полигоне, в обществе Вяземской, которая очень эмоционально и в красках описывала всю пропасть в подготовке присланного женского контингента:

— Да из них половина на полосе в норматив не укладывается, Иван Васильевич! — услышали мы издалека. — Я в шестнадцать быстрее была! С рукопашкой полная беда! А доспех? Скорлупа яичная! Понабрали, тоже мне!

— Вика, Вика, успокойся! Всё не так плохо! Не сгущай краски, я тебя очень прошу!

— И ничего я не сгущаю! Всё так и есть!

Перепалка прекратилась, как только они заметили нас.

— Что, Васильев, Камень опять начудил? — вздохнул Орлов.

— Да, Иван Васильевич. — кивнул тот.

— Ведьма, иди дальше зачёты принимать. И без лишней жестокости там! Поняла?

— Да, Иван Васильевич. — кивнула Вика, и, уходя, послала мне воздушный поцелуй, но так, чтобы никто не видел.

— Докладывай. — опять вздохнул Орлов, обращаясь к Васильеву.

Надо отдать должное штаб-ротмистру, отозвался он о моей «работе» только в самых лучших выражениях. Не стал скрывать и свою «промашку» с этим дверным проёмом.

— А потом повеяло от Камня чем-то, и Воробей на полу без сознания лежит… Мы его вынесли на улицу, там он и отошёл. — закончил Васильев.

— Понятно. Свободен. — кивнул полковник. — И?.. — спросил он меня, когда штаб-ротмистр удалится на достаточное расстояние.

— В первый раз такое получилось, Иван Васильевич. — честно признался я. — Подробностей рассказывать не буду, надо самому понять, что случилось, и с чем это едят.

Орлов разглядывал меня с минуту, потом сказал:

— Хорошо, Алексей.

Учитывая твой особый статус, отложим этот разговор на потом. Сейчас иди в столовую, пообедай, и в тир. После занятий в пятницу ждем тебя на пару-тройку часов тренировок. И не влипай в неприятности!

Уже вечером, когда мы с Прохором выехали с базы Корпуса, мой воспитатель спросил меня:

— Что там опять у тебя произошло? Просто с Викой успел парой слов перекинуться, она и сказала. — пояснил он. — Кстати, Ведьма наша обещалась сегодня приехать. Так что случилось?

Пришлось рассказывать.